Хотя, я отчаиваться и дёргаться не стал. Ну, не будет нового чайника, так ничего страшного. Это же не новые танки Т-80 и САУ с орудиями крупного калибра. Они уж точно нужнее нашей Родине. Я просто тихо подошёл к знакомым слесарям-инструментальщикам и наладчикам, ещё и некоторым другим работникам. Все они получили от меня предложения, от которых трудно было отказаться. Я просто попросил их собрать несколько новых чайников, хотя, разнотипных и из разных материалов, конечно, с достойным вознаграждением их работы из моих личных средств, и в свободное от основной работы время. Я и нужные материалы закупил, чтобы потом никто ко мне не придрался, как бы для дома, но из завода вывозить их пока не стал. Хотя, и ранее уже так практиковал со всеми своими изобретениями. Трудно так сразу создать что-то новое. И разные начальники всё время мешать норовят. Но из приглашённых работников никто не отказался. Им лишние деньги ещё никогда не мешали. И знали, что я их никогда не обижал. Если не у всех советских людей, то хоть у нас дома новые чайники появятся. Тоже мелочь, но приятно…
Глава 4 Вот и неприятности…
После обеда я хотел хоть немного заняться посудомоечной машиной. Уже с августа вожусь, но не сильно продвинулся. И сейчас не дали. Тут меня нежданно вызвали в первый отдел. Думал, ничего серьёзного, но у Платона Сергеевича Морозова, как бы и моего куратора в этом важном и грозном отделе, сидел давно знакомый полковник из КГБ Семён Воронин. Хотя, скорее, его могли звать и по другому. Это он, ещё в августе и октябре прошлого года, так и марте этого, присматривал за нами с Ингой во время наших концертов для сотрудников КГБ. Правда, с тех пор мы для них больше не выступали. Хотя, сами не звали. Мы бы не отказались. Но, хоть и прошло немного времени, положение у нас уже другое. И, надо же, обо мне вспомнили? Но тут, похоже, уже явно что-то другое?
— Ну, что нового расскажете, Вячеслав? Говорят, у Вас большие успехи и на работе, и в творчестве?
— К сожалению, ничего нового, товарищ полковник. Всё, как прежде. Особых успехов не наблюдается.
— А неприятности? Что можете сказать, к примеру, о странном случае на одной недавней репетиции?
Понятно, что важного товарища, и весьма опасного, только это и интересовало. Конечно, мне не с руки была конфронтация с КГБ, где я заведомо мог оказаться сильно неправым и пострадавшим, но государственные конторы, как бы стоящие на страже законности, не должны заниматься такими подлыми вещами. Хотя, для меня ещё ничего не ясно! Наверное, пока наверху просто не определились? Так и времени мало прошло. Всё произошло лишь в эту пятницу.