— Да, мамочка, — закатил глаза брат, но вовремя увидел в моих глазах уже по-настоящему суровое предостережение и тут же извинился. — Прости, это было действительно лишним. Просто… волнуюсь. Всё, я убежал. Люблю тебя, родная!

Кивнула ему, но уже практически в спину, а когда Тьен ушел, то невольно вздохнула, позволив себе секундную слабость. Наши родители погибли, когда мне было семь, а ему четыре. Я ещё помню их, а вот Тьен был слишком мал. Это произошло почти двадцать лет назад, поздней осенью на хлипком мосту, который был проложен через ущелье, соединяющее наш городок с остальным миром. Позже писали, что лошадь испугалась и понесла, пробив ограждение, и карета рухнула в пропасть… Разбились все. Шансов не было.

Нас забрал к себе дядя Патрик, старший брат отца. Уже в возрасте, бездетный вдовец, он усыновил нас обоих и старался воспитывать правильно. Получилось ли у него? Я думаю, да. На тот момент он трудился в отделе межмировых проколов, на должности мага-пространственника в министерстве призыва и адаптации попаданцев и никто из его окружения не удивился, что сначала я, а потом и Тьен закончили колледж и пришли на стажировку именно в это министерство. Сейчас Тьен и вовсе заканчивал университет, чтобы быть не просто мальчишкой на побегушках, а полноценным куратором и со временем ведущим специалистом министерства, и я гордилась тем, какой у меня способный и целеустремленный брат.

К сожалению, к кураторству не допускали женщин, но я сразу знала, что мой максимум — это секретариат, однако совершенно не расстраивалась. В то время, когда мои ровесницы и однокурсницы одна за другой выскакивали замуж и рожали ребятишек, становясь домохозяйками, я сильнее всего мечтала о том, что буду работать с великими умами современности. Смотреть, как изменяется мир. Вживую наблюдать за прогрессом. И может даже… поучаствовать в этом?

Понятное дело, никто и никогда не допустит меня в мастерскую и не позволит даже просто подержать разводной ключ, но бумаги… все бумаги проходили через нас! И я с упоением зачитывалась исследованиями тех попаданцев, кто специализировался на механике, порой поражаясь тому, каким элементарным образом простейшая механика облегчает жизнь людям. Все эти гаечки, болтики, шестеренки… Дома иногда я любопытства ради сама собирала что-нибудь простое и всегда безумно радовалась, когда оно начинало работать.

Без магии!

Увы, магия в нашем мире была уделом избранных. Относительно неплохо одаренным был едва ли один человек на сто тысяч. В их число когда-то входил и мой дядя. Ещё сотня была одарена минимально, как я. Складку на одежде или бумагах разгладить, чайное пятно на подоле высушить, легким ветерком лицо в знойный полдень освежить — это был мой максимум.