И я гордилась тем, где живу и работаю!

Мимолетно улыбнувшись воспоминаниям о том, как в том квартале нашим специалистам удалось пригласить самого настоящего гнома, который оказался мастером кузнечного дела и разбирался в сплавах лучше, чем вышивальщица в шелковых нитках, я уделила внимание бумагам, которые мне оставил Тьен. Мужчину, которого министерство передавало ему под опеку, звали Дарий Мэйншторм, ему было тридцать семь лет. Детей нет, не женат. Рост — сто восемьдесят семь сантиметров, вес — девяносто три килограмма, спортивного телосложения. Цвет волос — темно-русый, цвет глаз — серо-голубой. Шрамов и татуировок не имеет. Профессия: инженер-конструктор двигателей внутреннего сгорания. Хм, необычно… Интересно, что это значит? Внутри двигателя должно что-то гореть? Лет десять назад наши пространственники вытянули одного любопытного пожилого дядечку, который на самом деле оказался пустышкой и мечтателем — мечтал изобрести вечный двигатель и всё выяснял, как мы добываем нефть и что из неё делаем.

И нет, нефть мы не добывали. Ещё триста лет назад наши маги нашли эту странную черную субстанцию, которая оказалась невероятно горючей и токсичной, и провидцы вынесли однозначный вердикт — любая добыча, переработка и использование приведет к катастрофе. Может быть не сразу, может только через сто или двести лет, но однозначно приведет. И правители вынесли вердикт: не трогать.

Точно знаю, как минимум трое инженеров за последние двадцать пять лет интересовались, почему у нас нет бензина, который вроде как делают из нефти, но им объясняли, что это мировой запрет и нарушению не подлежит. Бензин — это не вещество первой необходимости. И пусть наш мир будет не таким прогрессивным, как другие, но наши дети не будут жить на руинах, как в мире, откуда два года назад прибыл господин Войлич, где искусственный интеллект развязал войну и почти уничтожил человечество. Вот там всё было действительно страшно…

Качнув головой, когда мысли ушли не туда, я дочитала информацию о господине Мэйншторме, чтобы понимать, с кем мне предстоит взаимодействовать как минимум полгода, пока длится минимальный курс адаптации, и в целом была довольна прочитанным. Уже взрослый мужчина, проблем возникнуть не должно.

Остаток дня прошел в штатном режиме. За семь лет работы в министерстве я прошла не самый простой путь от машинистки отдела прогнозирования до секретаря технического комитета, который занимался отслеживанием трудовой деятельности приглашенных специалистов и отправлял самые удачные изобретения в патентное бюро и дальнейшее производство.