В дороге они коротали время разговорами. Дамиан сначала был очень молчаливым, но пообвыкся и стал более охотно рассказывать о себе. Он был из северной страны, носившей название Даргон. Единственным близким человеком Дамиана был его дядя, и по совместительству опекун, герцог Фольш. Увлечение черной магией и оккультизмом сыграло с неплохим когда-то человеком злую шутку, сделав его одержимым идеей получить магическую силу. Но Дамиан помнил время, когда герцог был весельчаком, учил его стрелять из лука по мишеням и разводил редкие сорта цветов в своей оранжерее в своей даргонской резиденции. Сейчас мучимый навязчивыми мыслями и дурными снами Фольш осунулся, почернел кожей и стал мнительным сверх меры.

— Мне изначально не нравилась эта идея с вызовом души колдуньи, но герцог многое сделал для меня. Я чувствовал себя в долгу перед ним, — объяснял Ирке Дамиан. — До тех пор, пока он меня чуть не убил. После этого стало легче его ненавидеть!

Ирка его понимала слишком хорошо.

Сама она стала все чаще поглядывать на красный лишайник покрывающий камни, помня слова Хорта о том, что съесть немного можно. Ей ужасно хотелось хоть что-нибудь пожевать. Она украдкой соскребла немного кровяника себе в руку и сунула в рот. Порошок хрустел на зубах, как панировочные сухари, и имел вкус, отдаленно напоминающий крабовые палочки.

Ирка стала собирать его везде, где встречала, и понемногу подъедать. Дорога пошла веселее. Она чувствовала себя героиней приключенческого кино про отважную и прекрасную воительницу. Без сомнений, Хорт и Дамиан были в нее влюблены и соперничали за ее внимание, то и дело подмигивая и улыбаясь. Она также подмигивала им в ответ, и дарила ответные улыбки украдкой, стараясь каждому дать понимание, что именно он — обладатель Иркиной симпатии.

Кровяник от долгого лежания в ладони комковался и становился похожим на снеки из прошлой жизни, вроде чипсов. И она представляла, что идет с пачкой вкусняшек и растягивает удовольствия, поедая совсем по чуть-чуть. Когда Ирка всыпала очередную щепотку себе в рот, из-за ближайшего валуна вдруг вышла тётка Марья в своих любимых облегающих лосинах и футболке с растрескавшимся на мощной груди изображением чихуахуа.

— О, — удивилась Ирка. — Марья, откуда тут? Тоже барабаном принесло?

— Я ненадолго, — ответила тётка, — у меня там дел много, оладушки горят, и я тебя еще облапошить не успела. Так, посмотреть пришла, как ты тут не справляешься.

— Отлично справляюсь. Я тут очень успешная, — сообщила Ирка торжествующе.

— Вижу, вижу. Заблудились и подохнете скоро от голода.