Лоркар сжал мое плечо, голос старого воина звучал тяжело, как камнепад.
— Поверь мне, парень, я прошел через достаточное дерьмо, видел столько сражений и похоронил столько старых ветеранов, чтобы усвоить одну истину: самая важная часть войны — это думать о том, что будет после неё. И дело не только в банальном плане на мирное время, это нужно для твоего же собственного душевного равновесия, для рассудка. Ты обязан смотреть в будущее, в сторону жизни за пределами всей этой крови и тьмы, иначе война просто поглотит тебя с потрохами, ты станешь её частью и тогда… Тогда ты можешь никогда не вернуться домой, даже если физически уцелеешь.
Я замер, пораженный его словами, в голове тут же пронеслись воспоминания о том, каким я был наивным мягким парнем до начала Теневого крестового похода. Валинор — суровый мир, Мия предупреждала об этом с самого начала еще до того, как перенесла мою душу сюда, и сейчас, изо дня в день проливая кровь, перерезая глотки наемникам Консорциума, я чувствовал, как становлюсь таким же холодным куском стали.
— А вдруг уже слишком поздно? — тихо, почти шепотом спросил я, глядя на свои руки. На них не было крови, но я чувствовал её незримое присутствие. — Что бы мы ни сделали ради победы, всё это меняет нас навсегда.
Мы продолжали идти, Лоркар долго молчал. Его точеное, покрытое шрамами лицо выглядело мрачным и сосредоточенным.
— В этом и есть суть войны, парень, — наконец произнес он, не глядя на меня. — Чего мы только не делаем ради выживания. Никто, запомни, никто не возвращается с войны невинным. Отнять чужую разумную жизнь — это то, что нельзя отмотать назад или снять с себя, как вражеское проклятие. Даже если мы делаем это ради праведного дела, даже если другого выхода просто не существует, оно берёт свою цену, выгрызает кусок души. Мы это понимаем, видим, и всё равно делаем. Но знаешь что? Если мы сможем пройти через этот кромешный ужас, сохранив хотя бы каплю чести, если к концу всего этого кошмара сможем спокойно посмотреть на себя в зеркало и не отвести взгляд — это уже само по себе победа.
Я сделал глубокий прерывистый вдох, чувствуя, как холод внутри немного отступает. Жизнь не спрашивала, готов ли ты нести груз прошлого, просто наваливала его на плечи и ждала, согнешься ты или продолжишь идти.
— Знаешь что, Лоркар? — я повернулся к нему с кривой ухмылкой. — А давай найдем что-нибудь покрепче обычного эля?
Берсерк запрокинул голову и громогласно расхохотался, снова сильно хлопнув меня по плечу.
— За мой счёт? Всегда за!
Я натянуто улыбнулся, чувствуя, как внутри ворочается тяжёлый ком тревоги, но дружеское тепло уже начало растапливать его. Слова старого воина задели какую-то глубокую струну. Завтра придёт новый день, неся с собой новый опыт и новых врагов, а сегодня я еще жив.