Я покосился на вход. Отпускать Элю одну мне всё равно казалось безрассудным, но Эш не отходил от неё, а Ивальда следила с плато. Превращать заботу в клетку просто не по-человечески.
— В следующий раз хотя бы разбудите меня, — сказал я, принимая из рук Ивальды деревянную миску с горячей похлёбкой.
— Конечно, командир, — невинно пропела Лили, продолжая заплетать косу. — Мы обязательно поднимем тебя до рассвета, чтобы ты лично проконтролировал сбор каждой травинки. А потом, глядишь, и за белками присмотришь. А то вдруг какая-нибудь снова решит похитить нашу лань.
Спорить с ней по утрам — всё равно что спорить с погодой: можно, но бессмысленно.
Похлёбка оказалась отменной. Я съел пару ложек, согрелся и почувствовал, как мозг наконец включается в рабочий режим.
— Ивальда, — сказал я, отставляя миску. — Давай поговорим о деле, пока Лили не придумала нам новых приключений.
— Я ничего не придумываю, — обиделась жена. — Приключения сами нас находят.
— Именно это меня и пугает.
Великанша села напротив, подобрав ноги по-походному. Даже в компактном облике она двигалась с той неторопливой грацией существа, которому ничто в этом мире не угрожает.
— Слушаю тебя, Искатель.
— Вчера, пока мы шли к плато, я насчитал по пути четыре точки выхода тварей. Четыре, Ивальда, и все нетронутые! Следов зачистки и забранной добычи нет, точки даже не ограждены, — я наклонился вперёд. — Скажи честно, ваши вообще когда-нибудь зачищают места выхода на своих землях?
Ивальда пожала плечами.
— Зачем? Твари мелкие. Если расплодятся — растопчем, если уйдут в горы — их съедят. Система… — она произнесла это слово так, как говорят о чужой религии, — Система — ваша игра, малые народы, мы в неё не играем. Великаны растут годами, а не убийствами.
— Вот об этом-то и говорю, — я почувствовал, как внутри просыпается знакомое чувство, то самое, когда видишь никем не занятую золотую жилу. — Смотри, что получается. Здесь есть точки выхода, которые никто не трогает циклами. Система считает их заброшенными и повышает ценность добычи. Сундуки, редкие вещи, реагенты лежат буквально под вашими ногами, никому не нужные.
— А тебе они пригодятся, — понимающе улыбнулась Ивальда.
— В точку! — я не стал кривить душой. — У меня на руках поместье, которое надо строить, крестоносцы, которым нужны уровни и снаряжение, семья, которую нужно кормить, и чья безопасность покупается золотом и силой. А тут море нетронутых точек выхода! Знаешь, как это называется у Искателей?
— Как?
— Клондайк, — я усмехнулся. — Нетронутая сокровищница.
Лили, до этого молча уплетающая похлёбку, подняла руку, как школьница.