— Ему тож надо? — удивился Прохоров. — Он рази ест?

— Переработка пищи в магическую энергию, — с ходу придумал я.

— И гадит поди?

— Безотходное производство, — пояснил я и самостоятельно положил порцию Валерону: и картошки, и груздей.

— Предупредил бы, я бы больше сделал, — сказал Прохоров, грустно осматривая оставшуюся часть.

— Это сложно. Он не всегда выражает желание получить энергию альтернативным путем.

Митя благодарно скрежетнул и полез с миской опять под кровать.

— А че он там жрет? — спросил любознательный Прохоров.

— Стесняется. Ест неаккуратно, — пояснил я.

Из-под кровати раздалось чавканье, не слишком похожее на металлический лязг. Я постарался его заглушить, принявшись расспрашивать Прохорова, как прошел его последний поход в зону, параллельно гремя чайником и с шумом передвигая табуретку.

— Да сиди ты, сам поставлю, — рявкнул на меня Прохоров. — Видно же, что не восстановился, двигаешься как калека. А мне не тяжело.

Чайник он у меня отобрал, заполнил водой и водрузил на плитку. Валерон, похоже, намек понял и не издавал ни звука. Через некоторое время Митя выбрался из-под кровати и протянул мне пустую посудину.

— Добавки не будет, — сурово сказал я. — Хватит некоторым и моей энергии.

— Какой твоей? Заполнять вздумал? Сдурел? — сразу возмутился Прохоров. — Те че целитель сказал? Беречься. Пусть лучше картошку жрет. Ее у тя много. К сырой, кстати, он как?

— Отрицательно, — ответил я.

— Ниче, зато жрет не больше нас, — оптимистично сказал Прохоров. — Хотя… Он же мельче намного… Тяжелый, зато.

Рассуждая о причинах повышенной обжористости Мити, сам Прохоров ел с хорошим аппетитом и не думал откладывать часть своей уменьшившейся порции в протянутую миску. Впрочем, как и я. От удара, нанесенного моей магии, я уже частично оправился, и организм требовал восстановить потраченные на кризис ресурсы.

После ужина Прохоров воспылал желанием отмыть пол, на котором была размазана грязная сажа. Вообще, пол, наверное, скоблить придется, чтобы убрать места, превратившиеся в уголь, так что я с чистой совестью делегировал Прохорову это грязное дело, а сам надел жилетку с подогревом и пошел в дальний конец участка.

Как я и думал, Валерон появился там очень быстро — не пожалел своей энергии на бесплотный вид.

— Готовит Прохоров хорошо, — воодушевленно тявкнул он. — Можно оставлять.

— Где я его оставлю? У нас нет места.

— Курятник освободился, — напомнил Валерон. — Там места полно. Можно даже две комнаты разгородить при желании. Митя все вымел, поэтому там почти не воняет.

— Вряд ли Прохоров согласится жить в курятнике и для тебя готовить.