Вот только на этом дело не закончилось. Хотя, если бы не баронесса Шерши, которая регулярно снабжала меня сплетнями из высшего и не только света, я никогда не узнала бы, о том, что произошло. Дишлан молчал о том, что происходило в его семье.

Оказалось, что его жена просто так прыгнула в постель аристократа. Отвар, который она подлила в напиток герцога не только возбуждал желание, но и способствовал зачатию. И когда беременность уже нельзя было прервать, эта глупая женщина явилась к главе Высокого рода и потребовала у него соответствующее содержание будущему незаконнорожденному отпрыску и его матери.

Герцог Фалжо никогда не отличался человеколюбием, но тогда рассвирепел настолько, что, несмотря на пузо, которое лезло на нос, самолично избил шантажистку, приказал вышвырнуть ее из замка и гнать пинками, если только эта дура снова покажется на пороге.

После побоев она так и не встала. Даже домой ее привез сердобольный торговец, который возил продукты в Высокий город. Мой телохранитель потратил кучу денег, таская «упавшую с лестницы» беременную супругу по врачам. Но ничего не помогало. С каждым днем ей становилось все хуже и хуже.

И в этот самый момент Дишлан резко отдалился от меня. Вместо того, чтобы попросить помощи для жены, он предпочел оградить меня от своих проблем. И только тогда я заметила, что между нами что-то случилось.

Если бы не баронесса Шерши, я так ничего и не узнала бы. К счастью «глупышка Ирла» легко выяснила всю подноготную этой неприятной ситуации. В тот же день я отправила к жене Дишлана Алиса. Он много лет лечил простых людей, и нередко сталкивался с похожими ситуациями. В Среднем городе мужья нередко колотили жен до полусмерти.

Алису удалось помочь несчастной женщине, уменьшить боль, но он сразу предупредил, что роды она скорее всего не переживет.

Так и вышло. Сразу после рождения дочери, жена Дишлана скончалась, оставив его с новорожденной девочкой и двумя сыновьями на руках. Я взяла на себя заботу о его детях, определив им содержание и наняв прислугу, которая бы заботилась малышах. Как ни крути, но какая-то доля вины за случившееся лежала и на мне. Ведь это я была любовницей ее мужа.

Но вот Дишлан после похорон жены, как будто бы умер сам. Он до сих пор винил себя в ее гибели, и даже правда о том, что всю эту авантюру его супруга затеяла ради денег, которую я не стала скрывать, не изменила его мнение. Он не мог простить себя за то, что полюбил и меня тоже.

Он не ушел тогда только потому, что я не позволила. Все же я была королевой, имевшей право приказывать своим подданным. Дишлан на очень долгое время отдалился от меня. И наши отношения возобновились совсем недавно, уже здесь, в Южной пустоши.