В случаях умеренной провинности казнили удушением. Просто подводили к столбу, накидывали на шею и столб верёвку и, вращая продетую в петлю палку, затягивали её. Руки-ноги в этом случае тоже не вязали, но смерть всё одно наступала намного быстрее, так как мощный рычаг позволял быстро и надёжно перетянуть и глотку, и сонные артерии.

Причём казнили не всех.

В процессе дознания Евдоким составил список талантов и подал его на утверждение короля. По его приказу, разумеется. Так что людей хоть и виновных, но интересных и талантливых постарались приберечь, заменив казнь заключением. Пожизненным, разумеется. Выпускать на волю этих кадров Иоанн не видел никакого смысла. А получить для своей разведки и контрразведки ценных специалистов считал делом богоугодным и очень полезным.

В первую очередь короля интересовали специалисты по вскрытию замков, подделке монет с печатями да грамот. Их было немного. Особенно последних. Этих счастливчиков подавали вперемежку с остальными. Чтобы не однообразно всё шло и имелась определённая интрига. Шоу как-никак.

Дальше пришёл черёд представителей банд.

Их выводили сразу всей компанией. И начинали с наименее провинившихся. Здесь казнили всех. Но куда более вариативно. Однако каждый акт наказания был не слишком продолжительным. Ибо зачем? Там вон ещё целая толпа ждёт.

Убитого скидывали с помоста.

Раздевали, если не проделали это ранее.

Цепляли крюком и лошадью оттаскивали к берегу реки, где грузили на струг. С той целью, чтобы позже привязать к ноге камень и выбросить за борт. Где попало. Предварительно вспоров живот, чтобы не вздулся и не всплыл. Никаких могильников. Просто «где-то в реке» утопили на корм рыбам.

Наконец дошла очередь до людей, замешанных или связанных с покушениями на короля. И там совершенно «неожиданно» оказалось несколько человек из ближайшего окружения Элеоноры.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался он у бывшей супруги на латыни самым невинным тоном, когда потрошили одного из его самых доверенных слуг. Он особенно отчаянно визжал, с мольбой смотря на неё. Но она лишь, поджав губы, сидела, потупившись.

— Отлично, — не то прошептала, не то прошипела Элеонора.

— Тогда, полагаю, тебя не сильно расстроит новость о том, что я распорядился зарезать всех, кто служит тебе.

— ЧТО⁈ — вспыхнула она.

— Милая, — подпустив как можно больше яда, произнёс Иоанн, — ты ведь замешана в покушении. И там, — кивнул он на помост, — должна быть ты. Вместе с ними.

— Так в чём же дело? — скривившись, процедила она.

— Я не такой жестокий человек, как ты думаешь. Разве я так поступлю со своей бывшей супругой и матерью моих детей, которая несколько раз покушалась на мою жизнь и власть? Нет, нет и ещё раз нет. Просто каждый раз, когда я буду уличать тебя в очередной гадости, все, кто тебе дорог и близок, будут умирать.