— И что ты предлагаешь?
— Слово не воробей. Вылетело — не поймаешь. Это сейчас замять попробуем. Но нужно держать ухо востро. Сам понимаешь — где-нибудь да прорвёт. Люди слабы.
— Люди слабы, — согласился адепт Сердца, помрачнев. Его попытка блеснуть умом и хитростью повязать нападающих выходила ему боком. Причём за себя он не переживал. Король его за эту мелочь наказывать не станет. Дело-то сделано. Причём вон как — добрая половина повязана. Однако урон репутации Государя может выйти тяжёлый. И он начал переживать. Искренне вполне переживать…
Часть 1 Глава 8
Глава 8
1480 год, 21 июля, Москва
Иоанн подчерпнул серебряной ложечкой вишенку из вазочки со свежим вареньем. Положил эту ягодку в рот и с нескрываемым удовольствием прожевал, прищурившись, наслаждаясь каждой ноткой вкуса.
И слушая. Внимательно слушая…
Вчера закончился Поместный собор.
Наконец-то.
Наверное, никогда в истории церкви он не был таким долгим. И уже точно не собирал СТОЛЬКО иерархов.
Кроме Патриарха Константинополя и всех епископов его епархии в Москву приехали главы Александрийского, Антиохийского и Иерусалимского патриархатов. Султан мамлюков посчитал, что это будет полезно для ослабления османов, поэтому не только разрешил своим ручным иерархам отправиться на этот Собор, но и помог. Само собой, прибыли они не в одиночестве.
Католики тоже были представлены очень богато. Самого Папы не было. Но его замещал примас Испании, выступающий в роли нунция и полномочного представителя. А также все архиепископы и кое-кто из иерархов пониже.
Кроме них, имелись делегации и других епархий. Например, католикос армян и прочие представители Древневосточных церквей. Но символически.
Формальной целью Собора было примирение Пентархии. Но никто не сомневался — настоящей задачей, которую предстояло решить Собору, была подготовка и планирование Великого Крестового похода. Именно поэтому мамлюки прикладывали все усилия к тому, чтобы у христиан всё получилось. Причина была проста — они рассчитывали увидеть завоевание державы османов, к которому под шумок и они присоединятся, что открывало перед ними перспективы восстановления старинного могущества древних халифатов. Понятное, что христиане поговаривали и об освобождении Гроба Господня. Но никто в Египте не верил в это. Они просто не могли поверить, что может где-то найтись армия, способная смять и сокрушить последовательно сначала полевое войско османов и их крепости, а потом и их, мамлюков. Так что всю эту болтовню считали больными грёзами и влажными мечтами. А вот османов свалить они помогали всеми силами. Разве что войск не выставляли для участия в походе и денег не давали. Во всём остальном они были на стороне христиан.