чем-то сумасшедшим. Мелькнула мысль, которую как будто только сейчас осознала:я

играю с огнем.

Нет, не так.

Я играю с вселенским пламенем, что поглотит меня. Сожжет. До основания. Дотла.

Прочь все мысли.

Я прикусила нижнюю губу, обхватила основание его члена и начала вводить вверх-вниз,

ускоряя движения. Он прикрыл глаза и с его рта слетели тихие низкие стоны. А я жадно

собирала их своими распухшими губами.

Он развязал пояс на халате и откинул в сторону. Бросил первобытный взгляд, облизнулся

и накинулся на меня. Начал терзать между пальцев мои затвердевшие соски.

До приятной боли.

До сладкой истомы.

— Алекс, — тихо слетело с моих губ.

— Да, моя кошечка, — он приостановился.

— Твоя?

— Моя, — он сжал их сильнее, а я застонала.

Этот мужчина ощущал грань между болью и удовольствием.

Он привстал, переложил руки под ягодицы. Я обхватила его шею и скрестила ноги у него

на пояснице. Алекс поднялся, целуя. Впиваясь зубами. Всасывая кожу. Унес меня в

спальню, скинул на край постели, жёстко раздвинул ноги и опустился на колени.

Алекс

Я безумец.

Я никогда никому не вылизывал глотку. Я никогда не вставал на колени ни перед кем.

Что делает она со мной?Или, может, это алкоголь?Откуда такое желание сделать ей приятно?

Я хочу, чтобы она содрогалась и выгибалась, но не от боли, как это было с другими, а

от удовольствия, которое я подарю ей своим языком и пальцами.

Я слетел со всех катушек.

Меня сносит.

Штормит.

Я как парфюмер хочу слизывать и собирать все запахи её тела. Коллекционировать.

Не успел я задеть кончиком языка её клитор, как она прогнулась в пояснице, и звонкий

стон вылетел сквозь прерывистое дыхание.

Я хочу его слушать бесконечно. Какого-то черта меня это настолько возбуждает!

Я вцепился одной рукой в её бедра, вдавливая подушечки пальцев. Жадно. Вы не

представляете, как она хотела меня. Она была такой влажной. Пульсирующей.

Возбужденной.

Мне хотелось большего. Я ввел два пальца глубоко в её плоть. Мокрая. Я почувствовал,

как она напряглась, стискивая простыню.

Аня жадно глотала воздух, вскрикивала, её грудь поднималась и опускалась. Тело

покрывалось мурашками и испариной.

Она изгибалась, пока, я почувствовал, не достигла оргазма.

— Пожалуйста, остановись! — выкрикнула она сквозь стоны из последних сил.

Я дал ей пять секунд и продолжил собирать нектар с её набухшего клитора.

Запоминал её вкус.

Усиливал движения пальцами внутри.

Ловил дикие стоны.

Я поглощал её. Тонул в ней.

Поднимаясь выше, поцеловал её шрам внизу живота, скользнул губами к грудям, языком

играл с набухшими сосками, водя по ареолам и заткнув ей рот глубоким поцелуем.