Завтра утром я уже выйду…
— Я всё равно поеду с тобой, — упрямо прошептала она, не разжимая рук.
— Аня, я разберусь, — сказал я твёрже.
— Нет, — она прижалась сильнее.
— Аня, езжай домой, — нервно сорвалось у меня.
— Нет, — её пальцы ещё крепче вцепились мне в бока, словно я ей нужен был как
никогда.
— Аня, не надо. Садись в машину, — тихо, но жёстко повторил я, пытаясь аккуратно
оторвать её.
Она смотрела мне прямо в глаза и взяла мои руки в свои ледяные ладони.
Еще десять минут назад они были теплыми.
Видимо страх превращал ее изнутри в Северный полюс?
— Ты хочешь, чтобы я поехала домой. А где мой дом? — её голос дрожал. — Мой дом там,
где ты. Да? — с надрывом выкрикнула последние слова.
— Обещаю, завтра я буду в кровати рядом с тобой. Пожалуйста, уезжай, — почти умолял
я.
— Нет, — упрямо мотала она головой.
— Алексей, поторопитесь, — нервно бросил офицер за моей спиной.
— Ещё минута, — отрезал я, быстро глянув на него и снова возвращая взгляд к Ане.
— Я не буду выполнять твой приказ.
— Когда ты мне вообще подчинялась? — игриво усмехнулся я, пытаясь разрядить
напряжение.
— Точно не в этот раз.
Я медленно, неохотно разжал руки, выпуская её из объятий, и развернулся к
полицейскому. Сложил запястья вместе и протянул ему. Металл наручников с лязгом
сомкнулся на руках. Холодное железо неприятно касалось кожи.
Сука!
Он открыл дверь полицейской машины, и я наклонился, нырнув в тесный салон. Намеренно
не смотрел на Аню. Боковым зрением заметил только, как Данил поджал губы и с
серьезным лицом стоял рядом.
Они провожали меня глазами, но я опустил голову и врезался взглядом в пол, уже
обдумывая, как вывернуть ситуацию в свою пользу. И всё же где-то в глубине, под
злостью и напряжением, плескалось тёмное удовлетворение.
Я оставил Фабрицио Конти щедрый подарок — руины.
ГЛАВА 31
АНЯ
В последнюю секунду, когда его руки оторвались от меня, волнение и тревога только
усилились. Я торопливо вытерла холодные слёзы. В его мире, наверное, такие ситуации
считаются нормальными. Но я всё ещё не привыкла к этому. Особенно тяжело, когда тот,
кого любишь всем сердцем, живёт в реальности, где кругом опасность и грязь.
Я выбрала его.
Для меня он — единственный.
Любимый.
Дорогой.
Я смотрела им вслед, пока полицейские машины не скрылись за ветвями деревьев.
— Мы поедем за ним! — твёрдо сказала я, вытирая краем рукава влажные дорожки с лица,
и разворачиваясь к Данилу.
Он стоял, сунув руки в карманы брюк. Губы сжаты в тонкую линию, взгляд — озадаченный
и серьёзный.
— Поехали за ним! — повторила я уже громче.
— Брат же сказал… — наконец ответил он, выйдя из своих раздумий.