чемодан и захлопнула за с собой дверь.

Меня всю трясло.

Каждая клетка горела от переживаний, будто гирлянда. Содрогался каждый напряженный

нерв.

Я не верила, что больше не смогу стать матерью. Он врет. Этот придурок выдумал всё

прямо сейчас, чтобы ещё больше позлить. Он вывел меня из себя, у него получилось.

Водитель закинул чемодан в багажник, а я села на заднее сиденье и попросила увезти в

квартиру мамы. Ее новую квартиру, которую она купила всего год назад. Там жил брат.

Пока мы ехали, я вытирала слезы.

Слезы. Слезы. Слезы.

За последние три месяца, кажется, не прошло и дня, чтобы я не плакала. После каждой

ночи из подушки можно было выжимать литры воды.

Я неуверенно шагнула за порог квартиры. Здесь по-прежнему ощущалось присутствие мамы.

Вещи, на полке в прихожей ее любимые духи. В воздухе стоял их аромат. Аромат роз.

Я так старалась скрыться от воспоминаний. Каждая вещь, каждый угол напоминали о ней.

Я оставила чемодан в коридоре и осторожно прошлась по квартире. Всё лежало на своих

местах, единственное чего не доставало —дивана в гостиной. Артур выкинул его сразу

после похорон. Слезы снова катились по моим щекам.

Я присела на кухне. Пахло ванилью. Мама часто пекла булочки, кексы, и запахи

просочились в кухонные полотенца, скатерть, обивку кресел. Заварила чай и устроилась

возле окна. В голове вспыхивали наши теплые разговоры.

Воспоминания унесли меня далеко в прошлое. В детстве мы жили в пятиэтажном панельном

доме с маленькой кухней и двумя тесными комнатками. Зато у нас была любящая семья.

Так, по крайней мере, мне казалось первые двенадцать лет моей жизни, пока однажды

ночью я не проснулась из-за ссоры родителей. Они пытались говорить тише, но у них не

выходило. Я осторожно подкралась к кухне и выглянула из‑за угла.

— Мне надо идти. Так нужно. Пойми, — с сожалением произнес папа.

— Уходи, — недовольно ответила сквозь слезы мама, сложив руки на груди. —

И чтобы я тебя больше никогда не видела.

Папа с треском захлопнул дверь. Я вздрогнула и метнулась обратно в кровать. С той

ночи я действительно больше его не видела.

Сначала мама говорила, что у папы долгая командировка, но время шло, а он не

возвращался.

Когда мы с братом подросли, она резко сказала,что у нас больше нет папы.

Для нас он умер, где бы ни находился. Мы справимся без него, как всегда справлялись. Она

не любила разговаривать на эту тему. Больше к ней мы никогда не возвращались.

Первое время я тайком плакала. Папа всегда прислушивался к моим желаниям. Именно он

однажды привёл меня на спортивную гимнастику, сразу после его ухода я и получила