голос: – У тебя нет приказа государя Алексея Михайловича, в котором тот повелел меня пыткам предать! По своему желанию меня на дыбу вздёрнул, лишенец и смерд! Лжу ты выдумал, чтоб меня умертвить под пытками! Очень не хочешь, чтобы Русь силы обрела! Люди православные! Вы же видите – это вор, тать и изменник! Силы покинули Юрия – боль его доконала, он повис безвольной тушкой. Зато в Матвеева сотня бесов вселилась – боярин в ярости схватил пучок лыка, сунул его в жаровню – оно вспыхнуло. И кинулся на висящего на дыбе Галицкого – ткнул пламенем в грудь. – Смерд! Но на ругань снова получил в ответ оскорбление и пинок от дёргающегося на дыбе Юрия: – Сам холоп! – Убью! – боярин впал в бешенство, уклонился от удара и попытался ткнуть импровизированным факелом в глаза. Однако вмешались приказные людишки, число которых резко увеличилось – они навалились со всех сторон на Матвеева и отволокли его в сторону. Тот вырывался, орал и плевался – но его бережно и с почтением держала большая кодла. – Что тут происходит в моём приказе, Артамон Сергеевич? В пыточной появился новый боярин – в тяжёлой шубе и высокой шапке, в руках посох, на бородатом лице горят недобрым огнём глаза. И голос веский такой, поневоле подчинишься. – Государь Алексей Михайлович повелел хороняку этого и самозванца зловредного пытать беспощадно! – Лжа! Нет на то у него приказа! Пусть грамоту покажет! – после выкрикнутых слов Юрий бессильно повис. – А есть грамота на то от покойного царя Алексея Михайловича? Рокочущий голос боярина раздался среди всеобщего молчания. Но Матвеев неожиданно побледнел и пробормотал: – На словах мне о том покойный надёжа-государь повелел… – А в грамоте настоящей сказано было доставить меня с бережением, – Юрий со стоном произнёс фразу. И добавил с хрипом: – А боярин под пыткой то бережение понимает, царское повеление нарушает по желанию своему… То крамола… Это были его последние слова – перед глазами всё поплыло, и Юрий потерял сознание. Глава 3 – Ничего, батюшка, зарастут руки твои! Через седмицу сможешь поднимать их чуток, а через месяц как новые станут. А там и силушка вернётся, сабельку острую в ручки возьмёшь. Юрий с отрешённым лицом слушал голос ката, только придя в сознание от боли – ему их вправили в плечи. Палач оказался опытным костоправом, что немудрено при его ремесле. Без того никак не обойтись – умеешь пытать, умей залечить организм. Резкое изменение своего статуса Галицкий ощутил сразу – его бросили не обратно в вонючий подвал, а отнесли в небольшую комнатёнку.