палачу: – Жги! Кнут щёлкнул и прошёлся по спине – но странно, боль от удара была не резкой и ошеломительной, а слабой и совсем не надрывной. Палач либо промахнулся, либо ударил чуть-чуть, стараясь не причинить жертве страданий. И Юрий решил воспользоваться моментом: – Меня татары пытали – зри крест вырезанный у моего сердца! Я им ничего не сказал, и тебе, предателю, не скажу! Ты Русь святую ляхам давно за десять тысяч злотых продал, обещал им тайну оружия поведать! Бороду на ляшский манер постриг и их поганые одеяния надел – тьфу на тебя, хороняка, вор и изменник! – Жги! Жги!! Жги!!! Кнут защёлкал – Юрий завыл и задёргался. Опять же боль была слабой, но она всё же имелась, хотя палач явно жалел его. Видимо, на «заплечных дел мастеров» и приказных людей его горячее обвинение боярина произвело определённое впечатление. «А дьяк как в спину боярина злорадно смотрит, будто кинжалом собрался ударить. И палачам знак рукой даёт – ладонью на пол показывая. Подьячий строчит с высунутым языком – все мои обвинения в адрес боярина тщательно записывает, тут гадать не надо. Теперь надо себя из дерьма вытащить, а боярина там и утопить!» – Государю нашему Фёдору Алексеевичу все секреты воинские расскажу без утайки, как и надлежит! Божьей милостью патриарху Московского и всея Руси святейшему Иоакиму тайну открою! Но не тебе, изменнику подлому, Артамошке Матвееву, рода низкого сквернословцу, пердуну, бегуну и сутенёру! Что, польскую одежду напялил, шут гороховый, русской уже брезгуешь, паршивец? Нос от неё воротишь, нечестивец?! Срамник! Побагровевший Матвеев соскочил с кресла и подскочил к висящему Юрию, больно схватил его за подбородок, рванул – в пальцах остался клок волосков. Заорал прямо в лицо: – Я роду знатного, холоп! Ты сам срамник, пёс безродный! Я с поляками в сражениях бился!! – Теперь им сейчас служишь преданно, зрадник! Я из княжеского рода королей Галицких. У меня две грамоты королевских в тайном месте хранятся с золотыми печатями хрисовулами! Их я патриарху отдам, государю Фёдору Алексеевичу, а не тебе, псина подзаборная! Тьфу на тебя! Смерд ты, из грязи к трону подобравшийся! – Ты княжеского рода?! Лжа!!! Глаза Матвеева округлились, и тут смачный плевок попал прямо в них. Затем ещё один, на этот раз кровавая слюна потекла по седой бороде. Боярин снова схватил его за подбородок, но вот подлого удара не ожидал – изогнувшись и дёрнувшись, Юрий нанёс ему удар коленом. Этого хватило – Артамона унесло на каменный пол. Терять больше было нечего, и Юрий заорал во весь