Из уцелевших в глаза бросались двое. Один — как две капли воды похожий на Кардакона второго, восседал на троне, и вид у него был слишком напуганный для императора. Второй — тучный, страдающий избыточным весом мужчина, облаченный в белоснежную рясу. Его я тоже узнал — Ланг-по. Двое других были мне не знакомы, но то, что они выжили, настораживало. Маги шестого круга, если не выше.

Определившись с целью, я вновь атаковал, не дожидаясь, когда меня обнаружат, и ударят со всех сторон. Оба атакующих заклинания шестого круга, скрытые в клинках, накрыли ту часть зала, в которой находился наисвятейший. Под удар попали Ланг-по, марионетка на троне, и один из двух одарённых, стоявших чуть в отдалении. При этом волна жара, ударившая по остальной части помещения, была столь сильной, что меня спасло лишь защитное плетение шестого круга. А вот последний телохранитель узурпаторов не выстоял. Рухнув на пол, он начал кататься по нему, как обезумевший. Впрочем, когда начинает закипать кровь под кожей, не захочешь, а станешь безумным.

Пока пламя от атакующей магии продолжало бушевать, я по очереди использовал сразу четырёх малых духов огня, полностью восстановив свой резерв, и начал формировать новое атакующее плетение — в этот раз направленного действия. Действовать от защиты сейчас — значит проиграть.

Закончив с заклинанием, я двинулся вперёд, прямо в уже потерявшее интенсивность пламя. Стихия постепенно отступила, и мне в общих чертах стало видно, что случилось с малым тронным залом. Тела стражников выгорели до тла. На троне восседал обугленный труп. А вот Ланг-по, паскуда, выглядел живее всех живых. У него даже мантия сохранила белый цвет.

Направив клинок на узурпатора, я выпустил заклинание в противника, который прямо сейчас создавал какой-то магический конструкт. Сдохни, тварь!

Луч пламени, ослепительно белый от запредельного жара, понёсся к наисвятейшему с огромной скоростью, преодолев разделяющее нас расстояние в считанные секунды. Удар, хлопок голубого щита, не сдержавшего атаку, вспышка амулета на груди Ланг-по, и удар. Заклинание почти потеряло свою силу, на излёте уткнувшись в большой живот главы церкви. Но и этого хватило, чтобы мой противник, вереща, словно свинья перед забоем, развернулся, и бросился прочь.

— Стоять! — взревел я, и рванул следом за беглецом. Вот гнида, даже умереть по мужски не может!

«Фитил, добей его!» — на бегу приказал я духу. Кто знает, куда решил удрать этот гад. Может у него есть способ закрыться в защищенном помещении, в которое я не пробьюсь при всём желании.