— Я сейчас скажу неприятную истину, но императора мы можем и заменить. — нахмурившись, ответил Астарк. — Потому что нам нужен сильный предводитель, а не тот, который бросил свой народ и скрывается неизвестно где. Трусливый поступок, недостойный правителя империи.
— Думаю, с тобой согласится абсолютное большинство граничников. — я указал рукой на город: — Да и горожане тоже. А Сарда — их вообще бросили. Если бы мы не пришли на помощь, то город был бы захвачен, а жители… Проклятье! Генерал, ты видел, что эти твари сотворили с пленными? Они убивают всех, без разбора.
— Знаешь, чего я не пойму? — внезапно успокоившись, спросил бригадный генерал, с которым я из-за эмоций перешёл на ты. — Кому служит Ланг-по?
Глава 22 Мы в своем праве!
Астарк покинул нас поздним утром. Причём оставил почти всех своих воинов. Угроза вторжения с севера исчезла — Бессмертный своим вмешательством сотворил магию, закрывшую чужакам доступ в наш мир с этого направления. бригадный генерал решил, что граничники должны быть вместе.
Я же всё никак не мог определиться, как поступить. Двигаться прямиком к столице, или пройтись рейдом по южной границе империи? Хоть Бессмертный и показал, что готов пожертвовать своей нежизнью ради нашего мира, и заслуживает доверие, но всё же он может преследовать свои интересы.
— Шупака, что думаешь? — обратился я к другу. — Пойдём в столицу наводить порядок, или поищем, где ещё чужаки пробираются в наш мир?
— Моя думать, что нада сходить к дригг. — после короткого раздумья ответил шаман. — Они точно что-то знать, и делиться с тобой. И давать помощник, много сильный призыватель. Твоя отряд становиться совсем мощный, все бояться.
— Хм. А ведь это верное решение. — согласился я. — Что ж, решено. Завтра к обеду выдвигаемся. Ещё по пути заскочим в интернат.
* * *
Войско, численность которого превышала полноценный легион — это огромная сила даже по меркам империи. К тому же у нас было избыточно много одаренных.
И это было хорошо. Потому что за Артаном начиналась провинция Хебта, и здесь нас, граничников, встречали хмурыми взглядами. Чем дальше от границы с разломом, тем больше неприязни к защитникам империи. Здесь нас воспринимали не как воинов, готовых отдать жизнь за свою родину, а как дармоедов, сидящих на шее у императора. Что ж, нам было это известно всегда. Сытая спокойная жизнь расслабляет, а отсутствие угрозы меняет отношение. Не вижу тварей, значит их нет.
Что ж, нам тоже было плевать на таких граждан империи. Не принимают истину, значит будут подчиняться грубой силе. Иначе никак. Мы в своем праве, как моральном, так и по законам империи. Нас никто официально не уведомил о расформировании, а значит граничники продолжали являться одним из законных воинских формирований.