Люда кивнула, и мы попрощались.
Пока ехала домой, пыталась привести свои мысли и чувства в гармонию. Мне не стыдно за свои сомнения, любая жена была бы неприятно удивлена отсутствию мужа ночью. И тот разговор… Ник? Ника? Я же слышала! Ночью струсила показать что не сплю, лежала в кровати и с ума сходила.
Но Люда говорит что Давид был на работе. Правду она мне рассказала или покрывает его?
— Нужно поспать, и я приду в себя, — пробормотала, припарковавшись у дома.
А вдруг меня все за идиотку держат? Вдруг Люда прикрывает Давида? Наверное я превращаюсь в неврастеничку но я должна убедиться в верности мужа.
И я принялась обыскивать машину, начиная с бардачка. Но ни помад, ни трусиков, ни иных улик я не нашла. Наклонилась, заглядывая под сидения.
— Так, а это что такое? — внимание привлекло что-то яркое, забившееся в узкую щель между спинкой и сидением.
Сердце сковал лед, когда я вытащила из сидения что-то яркое, мятое и явно женское. Нет, нет, только не это, — думала, сжимая улику в ладони. Но всё же, я набралась смелости и расправила вещицу на коленях.
И нервно рассмеялась.
Какая же я идиотка!
— Шарф, — простонала я, стыдясь своей паранойи. — Это всего лишь шарф, который я привезла Насте из Милана.
Именно эта находка меня успокоила. Давид иногда подвозил Настю по моей просьбе, когда подруга засиживалась со мной допоздна. Вот уж во что я не поверю — так это в связь мужа и подруги. У Давы есть любимый типаж, и Настя в него не вписывается.
Мой муж любит меня.
Глава 6
Проснулась я в хорошем настроении, приняла ароматную ванну, накрасилась, и когда занималась укладкой, из клиники вернулся Давид.
— Вся эта красота мне? — муж ласково поцеловал меня. — Я в душ и переодеваться. 5 минут и буду готов. С машиной я разобрался.
— Извини за эти проблемы.
— Ерунда, — отмахнулся Давид, и пошел в ванную, а я продолжила заниматься укладкой.
Пока спускались в лифте, налюбоваться на нас с мужем не могла — красивая мы пара. Особенно когда в свет выходим как сейчас: я в синем шелке, Давид в строгом костюме.
Мой самый лучший муж на свете!
— Дьявол, на тебя все мужики пялятся, — рыкнул Дава, пока мы ждали аперитив. — Руки чешутся им всем навалять.
— Ревнуешь?
— Ревность — не только твоя прерогатива. Конечно же я ревную! А еще, — муж поднял бокал, — я тобой горжусь. Пусть пускают слюни сколько угодно, но именно со мной ты уедешь домой.
— За нас. Люблю тебя, — мы звонко чокнулись бокалами, одновременно пригубив напитки.
— И я тебя, — улыбнулся муж и хитро прищурился. — Ты такая ласковая из-за нашего свидания, или это ревность на тебя так действует? Может, мне почаще на работе оставаться, чтобы получать в итоге такую милую кошечку?