— Надо разбивать лагерь! — Наконец принимаю я трудное решение — Нужно обогреться, поесть горячего, просушиться как следует, иначе до беды не далеко.

— Мы их не догнали! — Ричард смотрит на меня умоляюще, на его обмороженных щеках сверкает лед. То ли это растаявший снег, то ли слезы…

— И не догоним, если не сбавим темп! Приди в себя Ричард! Мэйсан и Льюис могут лишится пальцев, и тогда нам придется спасать уже их! Да и ты можешь остаться без носа! Если мы срочно не согреемся и не окажем сами себе помощь, Чарли не поможет уже никто!

— Ты думаешь они выдержат еще один день⁈ — Ричард смотрит на меня как на предателя.

— А мы выдержим⁈ — Я беру Ричарда за перевязь, на которой у него на грудь крепятся варежки, и дернув на себя показываю на изможденного Льюиса, а также на хромающего Мэйсона — Их тебе не жалко⁈ Мы два дня шли в метель, и если продолжим, погибнем все, ничем не сумев помочь твоему брату!

Ричард стоит, понурив голову. Он мой друг, именно такой, который может появится только на войне или вот в таких, смертельных условиях, где люди ходят по тонкой грани между жизнью и смертью. Мы спасали друг другу жизнь много раз, и это дружба уже больше чем даже братство. И сейчас моему другу нужна помощь, а я бессилен перед обстоятельствами…

— Черт с тобой! — Наконец не выдерживаю я, понимая, что делаю глупость — Разбивайте лагерь, а я с Маньяком пройду по маршруту ещё час, а потом вернусь. Это всё, что я могу для тебя сделать!

— Я с тобой! — Ричард оживает на глазах.

— Нет. Еще немного, и ты на всю жизнь останешься уродом. У тебя лицо обморожено — Отрицательно качаю я головой — Разбивайте лагерь, иглу поставим, когда я вернусь, а сейчас срочно нужно воткнуть палатку и растопить примус. Обогрейтесь, займись Льюисом и Мэйсоном дружище. Не будем терять время, я ухожу, на тебе лагерь!

И снова я иду в снежной пелене. Мышцы ноют от усталости, я на грани. Пройденные километры давят на плечи не хуже многотонного пресса, прижимают моё изможденное тело к белоснежному льду замерзшего фьорда. Берега, как, впрочем, и ничего другого вокруг не видно. В голове никаких мыслей, ломит поясницу, боль накатывает волнами от лодыжек к голове. Колени дрожат, в желудке — спазмы, в груди, давит, трудно дышать. Я не могу удержаться от того, чтобы каждые несколько минут не посмотреть на часы. Еще двадцать минут, и можно будет поворачивать обратно! А стрелки моего хронометра как будто специально почти не двигаются! Еще немного…

Маньяк остановился без команды, когда этот адский час почти истек. Не понимая, что происходит, я по инерции прошел ещё вперед, нагоняя собаку. Очередной торос на пути? Тогда почему он черный? Мы в берег уперлись? Я сбился с направления, и это вполне возможно, тут береговые скалы и сползающий с них ледник могут появится от куда угодно.