— Он не жилец — Доктор и сам был похож на ходячий труп, он почти висел на руках, поддерживающих его Мэйсона и Эдварда — По моим прогнозам он протянет от силы до конца этого дня, если не случится чудо. Извините коллега, но в последний день его жизни именно вам придётся позаботится об умирающем. Я к сожалению, ещё не в силах. На правах нового начальника экспедиции, я отменяю все приказы Соверса, снимаю с вас все обвинения, и прошу прошения. Чарли, пока я болен, возьми на себя все текущие дела, мы уже два дня не снимали показания с приборов. Мистер Волков, как только мне станет лучше, а я уверен, что станет, благодаря вашим стараниям, мы обсудим произошедшее, а сейчас извините, мне надо лечь, чувствую я себя очень скверно.

Доктора отволокли обратно на нары, полярники, стараясь на смотреть на умирающего, занялись своими делами, которых накопилось вагон и маленькая тележка. Помимо приборов, которые никто не проверял, мы толком не ели, не заботились о животных, да и вообще… Начать стоило хотя бы с уборки! Весь недостроенный дом просто утопал в грязи и нечистотах. Запах тут наверняка стоял как в общественном туалете в жаркий летний день. Я не чувствовал этого запаха, разбитый, а возможно и сломанный нос доставлял мне проблемы, но эти повреждения, а именно отёк, который перекрыл мне дыхание, имел и свои неоспоримые преимущества.

Устроив поудобнее моего главного врага в этом мире, я впервые вышел из зимовья не для того, чтобы наскоро оправится прямо с крыльца, а просто для того, чтобы немного побыть одному.

Идущий на убыль пасмурный полярный день, мрачные, мокрые камни, свинцовая вода фьорда и лёд! Глазу не за что зацепится. Внешнее окружение отлично соответствовало моему внутреннему ощущению происходящего. Я два дня боролся за свою жизнь прямо на зимовке, среди тех людей, с которыми мне предстоит жить долгие месяцы! За эти два дня среди полярников произошел резкий переход от всеобщей ненависти и желания меня убить, до чувства вины передо мной и даже уважения. За это я заплатил огромной кучей нервов, разбитой мордой и синим от ссадин и гематом телом. Да я вообще каждый день тут по краю хожу, а ведь даже зима ещё не началась!

От мрачных мыслей меня отвлёк жалобный вой собак. Вся свора стояла, вытянув ко мне морды, поджав хвосты, и выла, на собак жалко было смотреть.

— Черт! — Выругался я, поняв, что происходит. Я не подходил к собакам двое суток, и двое суток их ни то что ни кормили, но даже воды им не давали!

Не мешкая я поспешил к своим питомцам, их мне было гораздо жальче, чем тупых американцев, которые едва не отправили меня на тот свет.