— Стоять. — Голос Хасана, резкий, как удар хлыста.

Я не остановилась. Моя рука уже легла на дверную ручку. Железо было холодным под пальцами.

Саймон оказался рядом быстрее Хасана — он двигался бесшумно, как тень. Его ладонь легла на дверь, не давая открыть.

— Подожди. Просто подожди.

Его голос был спокойным, но в нём появилось что-то новое. Не угроза. Скорее... беспокойство.

Эян подбежал последним — в мыльной пене от посуды, с полотенцем через плечо.

— Эй, ангел, ты куда? Там лес! Там дикие звери! Там... там комары! И вообще, мы только-только начали завтракать! Ты же не уходишь? Насовсем?

Хасан подошёл ближе. Я чувствовала его присутствие за спиной — жар, исходящий от его тела, знакомый запах табака и виски. Он не прикасался, но его голос звучал низко и напряжённо:

— Ты не можешь просто уйти. Ты... ты наша гостья. Мы за тебя отвечаем. Лес большой. Ты заблудишься. Замёрзнешь. Попадёшь в яму. Там нет тропинок.

Эян радостно подхватил:

— Да-да! Там реально опасно! Волки! Медведи! Ну, может, не медведи, но кабаны точно есть! И лоси! Ты хочешь встретиться с лосем? Они злые! Особенно когда у них брачный период!

— Эян, не неси чушь, — вздохнул Саймон, но руку с двери не убрал. — Но в целом... они правы. Если ты хочешь подышать свежим воздухом, кто-то из нас пойдёт с тобой. Просто чтобы ты не заблудилась. И не провалилась в овраг. И не встретила кабана. Это не контроль. Ты нас не боишься — мы заботимся о тебе. Взаимность.

Трое мужчин, которые ещё вчера загнали меня в тупик и затолкали в машину, сейчас стояли у двери и уговаривали меня не ходить в лес одну. Абсурд.

Божечки-кошечки, ну что за милашки.

Я пожала плечами — мол, мне всё равно — и открыла дверь.

Саймон нехотя убрал руку. В дом ворвался свежий лесной воздух — влажный после вчерашнего дождя, пропитанный запахом хвои, мокрой земли и каких-то цветов. Солнце заливало крыльцо. Птицы заливались так, будто у них конкурс.

Я сделала шаг наружу. Потом ещё один. Земля под ногами была мягкой, усыпанной сосновыми иголками. Я глубоко вдохнула и зажмурилась от удовольствия.

За спиной послышался шёпот.

— Она вышла, — паническим шёпотом произнёс Эян. — Она реально вышла. Что нам делать? Бежать за ней? Стоять здесь? Принести ещё круассанов?

— За ней, — коротко, решительно ответил Хасан. — На расстоянии. Чтобы не видела. Или видела, но не раздражалась. Блять, я не знаю, как это формулируется.

— Это называется «следить, сохраняя дистанцию, чтобы объект чувствовал себя свободным», — устало, но с нотками обречённого смирения произнёс Саймон. — Мы теперь спецназ на пенсии.