— Люда, у тебя превышение веса в килограмм, — привычно сказал тренер, записывая результат в тетрадку.

Арина на эти слова никак не отреагировала: сейчас для неё колебания веса в плюс-минус килограмм были абсолютно не важны. Она уже полностью привыкла к этому телу, так же как Люськино тело привыкло к ней, и будущие спортивные результаты полностью зависели лишь от психологии и случайностей, вроде выбоины на льду.

… На общефизической подготовке Арина снова ощутила снижение нагрузки. Виктория, посмотрев в тетрадь, в которой Левковцев расписывал нагрузочный график каждого спортсмена, сказала, какое количество подходов ей нужно делать и на каких снарядах. Оказалось меньше чем обычно.

Новенькую, как Арина заметила, тоже ничем особо серьёзным не напрягали, по-видимому, решили дать сначала облегченные нагрузки, а потом понемногу повышать их.

А вот хореографией Виктория Дайнеко занялась очень плотно, поэтому на хореографической тренировке было довольно интересно и весело. В субботу тренировали артистическую и хореографическую составляющую из коротких и произвольных программ одногруппников.

Арина участвовала при постановках в апреле, перед тем как сезон был закончен, однако, на какую музыку и что ребятам поставили, уже забыла, потому что в это время индивидуально занималась с Левковцевым постановкой своих программ. Что катают ребята в произвольных программах, тоже не видела — их начали накатывать, когда Арина уехала на сборы в Новогорск.

После того как закончили разминку, исполнив классические балетные позиции и растянув руки и ноги, Виктория снова начала заниматься точечно, как и вчера. У Жанны Авдеевой короткая программа была на вальс из фильма «Мой ласковый и нежный зверь».

— Жанна, изобрази, пожалуйста, возвышенную лирику, — попросила Виктория. — Одновременно встань в арабеск номер один, зафиксируй позу, потом сделай пируэт с ногой в аттитюде, после этого встань в арабеск номер три.

Жанна широко открыла глаза и сделала неуловимые движения мимикой, от чего её лицо приняло романтичное, немного печальное выражение с оттенком лёгкой грусти, соответствующее вальсу. В этом выражении не было такой драмы или трагедии, которую вчера изображала Муравьёва, когда показывала страсти из «Ромео и Джульетты», она показывала лишь лёгкую грустинку. А когда Авдеева исполнила требуемое от неё упражнение, эффект усилился в несколько раз.

— Молодец! — с одобрением сказала Арина и похлопала в ладоши. То же самое за ней повторили её одногруппники.

Потом Горинский изобразил… главу клана Капулетти? А может, графа Париса? Его произвольная программа вполне соответствовала его имиджу и была поставлена на сюиту из балета Сергея Прокофьева «Ромео и Джульетта» под названием «Танец рыцарей». Торжественная музыка символизировала свирепую мощь и воинственность рода Капулетти, обладающего множеством воинов. Опять «Ромео и Джульетта», но куда же без них…