Сначала фигуристы молчали, раздумывая над сказанным, потом Соколовская нарушила тишину. По её виду можно предположить, что Марина заинтригована и довольна намечающейся тренировкой.

— Да, план хорош! — воскликнула она. — Он поможет со стороны увидеть ошибки, в том числе и свои.

— Вот именно, Марина, вот именно! — улыбнувшись, согласился Левковцев. — А ещё таким образом вы повысите культуру катания и знание правил технической базы. А пока поехали! Начинаем разминку в обычном темпе. Хмельницкая и Соколовская! Едем со всеми! Вам нужно сбросить темп и успокоить нервы. Идём опять от простого к сложному.

Для Арины способ тренировки, указанный Левковцевым, был не в новинку. Бронгауз постоянно устраивал внутренние соревнования группы, на которых новые элементы проходили первичную отработку, прежде чем пойти в большой свет. Учил своих фигуристок катать целиковые программы, при этом других спортсменок заставлял наблюдать прокаты конкуренток и оценивать их с точки зрения судей. Преследовалась при этом вполне конкретная цель — здоровое соперничество между фигуристками, которые, видя, как подруга по группе что- то делает лучше и оригинальнее, тоже подтягивали свой уровень до требуемого. Такова уж подростковая психология, усиленная в несколько раз спортивной мотивацией…

Таковы были вероятные планы Левковцева, до которых он дошёл сам, а возможно, прочитал в учебниках. Но это всё только предстояло опробовать на практике. Сейчас же пока начали обычную ежедневную тренировку.

Сперва стандартный разгон вдоль бортов, с последующим исполнением простых фигур. Фонарик, ёлочка, кросс- роллы. Потом перешли на более сложные шаги: чоктау, моухоки, тройки, крюки и выкрюки. Через десять минут Левковцев решил, что пора тренировать вращения, начав с либелы, и крикнул об этом с середины катка, откуда внимательно следил за воспитанниками.

Арина заметила, что за ней и Соколовской очень пристально наблюдают практически все одногруппники. Даже обладая навыками, а иногда и совсем неплохими, фигуристы всё-таки не могли отказать себе в возможности увидеть, как делают тот или иной элемент новоиспечённые чемпионки. И это оказывалась самая действенная тренировка. Да и сама Арина, чего греха таить, мельком нет-нет, да смотрела на то, чем занята Соколовская и что она делает.

Делала Марина всё надёжно и на высоком уровне. Как будто и не прыгала только что тройные прыжки и не отрабатывала дорожку шагов. Арина наконец-то смогла сообразить, почему катание Соколовской обладает такой притягательностью, в том числе и для неё, Арины Стольниковой, олимпийской чемпионки из двадцать первого века. Марина на первый взгляд, выполняла элементы просто и прямолинейно, но за этой простотой крылась вечная классика, которая, как известно, по определению не может быть некрасивой.