Когда Кристи Ямагучи ушла, с дивана поднялась Таня Малинина. Постояла, повращала бёдрами, несколько раз присела и встала, потом посмотрела на подруг.

— Ну я пошла, — буднично сказала она, взяла салфетницу и новую бутылку воды.

— Удачи, Танька, — от всей души пожелала Арина. — Ждём от тебя первого места.

— Удачи и везения! — пожелала Соколовская и слегка улыбнулась, что для неё было делом удивительным. По всему видно, напряжение нарастало.

Даже отсюда было слышно громкую музыку, играющую на арене, и аплодисменты зрителей с их приветственными криками. Казалось бы, знакомое дело, но оно в очередной раз вызывало волнение. Когда выступаешь только за себя и маму, это одно дело, когда выступаешь за страну — совсем другое.

Малинина улыбнулась, помахала рукой и вышла в коридор. Настала очередь готовиться Соколовской. Марина встала с дивана точно так же, как Малинина, попрыгала на коньках, потянула ноги, руки, повращала телом и повернулась к Арине.

— Тоже пожелаешь мне удачи? — усмехнулась Марина.

— Тебе пожелаю удачи вдвойне, — подтвердила Арина, встала с дивана и обняла Соколовскую. — Откатай так, чтобы потом было не стыдно.

— Ну мне не стыдно будет в любом случае, — рассмеялась в ответ Соколовская, похлопала Арину по плечу, взяла свои вещи и вышла из раздевалки. И ведь был в её словах резон! Скажи хоть кто-то в январе этого года, всего пару месяцев назад, что Соколовская будет выступать на чемпионате мира в Югославии, она бы рассмеялась в лицо! Это была бы плохая шутка!

Чуть позже вернулась Малинина и с облегчением упала, да что там упала, в сущности, свалилась без сил на своё место, бросив вещи рядом. Было видно, что её одолело величайшее моральное истощение. «Отпустило», как говорят спортсмены. Похоже, старт дался ей с большим трудом, в первую очередь психологическим. Однако по её виду было видно, что дела пока шли неплохо, даже хорошо. Таня улыбалась.

— Ну, говори, что? — с интересом спросила Люда. — Как откатала?

— Пока первая! — наконец нашла в себе силы ответить Малинина и глотнула воды из бутылки. — Такое ощущение, что потеряла килограмма два, пока катала. Чувствую внутри какую-то пустоту и отрешённость. Словно всё это не со мной происходит, а с кем-то другим.

— Это называется моральное опустошение! — с большой важностью ответила Арина. — Помочь этому может только сытный ужин. И мы его сегодня организуем! Нажрёмся по полной, я тебе обещаю!

После того как ушла на старт Соколовская, Линда Флоркевич аккуратно положила наушники и плеер обратно в рюкзак, встала, слегка размялась, серьёзно посмотрела на сидевших советских фигуристок и, мягко ступая на коньках, отправилась на арену.