Что ещё полезного случилось за это время? Насмотрелся наработу гвардейцев. Не впечатлился, но надо им отдать должное — на своём уровнеработу они выполняют достойно. Кроме того, я познакомился с ними со всеми, а они виделиработу в моем исполнении. Так что можно смело надеяться, что в гвардейских полках меня в дальнейшем будут принимать за своего, а не за какую-то там гражданскую штафирку, посещающую насквозь гражданский ВУЗ. Даже не сомневаюсь, что те же самые гвардейские офицеры обмолвятся о моей персоне и в свете, что тоже, к великой радости папаши, благоприятным образом скажется на моемимидже . По крайней мере, надеюсь, что деду Михаилу будет приятно услышать касающиеся моей персоны слухи.

Что ещё? Николай с Александром. Теперь нас объединяет не только родство, соседство, общая компания и совместное весёлое времяпрепровождение, но и участие в военном конфликте. Стали ли мне ближе братья? Безусловно. Стал ли я относиться к ним по-другому? Да, теперь отношения с Николаем и Александром можно было назвать настоящей дружбой. Стали ли они относиться ко мне по-другому? Надеюсь, все вышеперечисленное относится и к ним. Правильно Инга Юсупова отметила, Николай с Александром здорово повзрослели за эту неделю и теперь на жизнь смотреть будут иначе. А как конкретно? Поглядим-посмотрим…

Что ещё? Леший, он же полковник Литвиненко… Очень интересный господинчик, которого я до конца так и не понял, но фальши в нем не чувствовал. Надо будет обязательно продолжить общение. Да и потренироваться с ним как-нибудь не будет лишним…

Цесаревич… Отец… Чем больше я его узнавал, тем больше понимал, что очень на него похож. Особенно мышлением. Как тогда отметил царственный дед, похож именно здоровым цинизмом. А может, это меня так Прохор воспитал? Недаром они с отцом столько лет дружат и понимают друг друга с полуслова… А в остальном цесаревич вполне нормальный мужик, с пивом потянет. И вообще, с отцом, которого у меня до последнего не было, могло и не повезти…

— Леха, ты встал? — в палатку зашли Николай с Александром. — Доброе утро!

— Приветствую вас, о грозный Молчун! — с улыбкой поднялся я и сложил руки на груди лодочкой. — И вас, о не менее грозный Зоркий! Трепещите вороги, светлые витязи из рода Романовых идут! — я поклонился.

— Да, мы именно такие! — братики горделиво подбоченились. — Но тебе нас нечего опасаться, о великий Камень! Мы добрых колдунов не трогаем!

Отсмеявшись, Николай с Александром налили себе чаю, сели за стол и начали отчитываться о событиях прошедшего утра.

Допросы Никпаев не прекращались, подчинённые Годуна бегали из одной палатки в другую, как ошпаренные. Гвардейцы, возглавляемые полковником Пожарским, успешноотступали в нашу сторону, уничтожая доступные маковые поля. В этом им активно помогали вертушки, которые периодически возвращались на базу за дозаправкой и провизией для офицеров.