— Молчали, — заулыбался Сашка. — Ты их как-то напугал?

— И этот туда же! — вздохнул я. — Монстра-то из меня не лепи, Сашка! Просто прикрыл тебя авторитетом императора, объяснив девушкам реальный расклад и последствия его изменения. Сам же говоришь, даже Мария с Варварой не намекают.

— Извини, Леха, я не хотел тебя обидеть, — улыбнулся он. — Просто с этими дамочками по-другому не получается. Вот я и подумал…

— Забей! — отмахнулся я. — А насчёт этих дамочек ты абсолютно прав, дружище.

К пяти вернулись от родителей довольные Николай с Александром:

— Наши матери пустили слезу, а отцы нами гордятся! — улыбались они. — Говорят, мы как-то даже повзрослели и стали мужественнее. Леха, тебе велели передать огромный привет и спасибо, а Прохору… А где Прохор?

— Не знаю, — пожал плечами я. — Похоже, ещё не возвращался.

— Смотрите, что наши родители решили ему подарить.

Николай с Александром аккуратно развернули ткань длинного свёртка, принесённого с собой, и продемонстрировали нам офицерскую шашку.

— Красотища какая! — не удержались мы с Сашкой от восклицания.

Богато отделанные золотом ножны с небольшими изображениями каких-то битв, так же роскошно инкрустированный эфес и темно-серый клинок с двуглавым орлом. Понятно, что это было самое настоящее произведение искусства, годившееся разве что для парадных, выставочных и коллекционных целей, но все равно руки к клинку тянулись сами!

— Прохор будет очень доволен! — я крутанул шашку одной кистью, оценив развесовку. — Добрая зубочистка. Жаль только, что для допросов не подходит, слишком уж нарядная…

Если Николай с Александром понятливо переглянулись и хмыкнули, то вот мой школьный друг смотрел на меня непонимающе.

— Это я так шучу, Сашка. — Шашка со свистом рассекала воздух. — Прохор у нас сама добродетель. Буквально мухи не обидит.

Петров же только недоверчиво покивал.

— Лёшка, это ещё не все… — Николай достал конверт. — Здесь чек на пятьдесят тысяч для Прохора. Как думаешь, он не обидится?

— Вот и проверите, — улыбался я. — А так, не думаю. Ещё и учитывая, что шашка стоит раза в три больше, если не в четыре, — я протянул её Петрову.

Сашка с клинком «игрался» дольше меня, продемонстрировав Николаю с Александром неплохое владение холодняком — наши совместные тренировки с Прохором в детстве не прошли для художника даром. Набаловавшись, он принялся внимательнее разглядывать ножны, давая по ходу свою оценку нанесённым на них изображениям. Через какое-то время Сашка понял, что его комментарии никому особо не интересны и со вздохом сожаления отдал шашку обратно братьям.