— Экий ты сатрап, Саша, — усмехнулся князь Пожарский. — Совсем ты там у себя во Владике озверел с этими китайцами! Коля у нас первый в очереди на авантажность.

— Да, Саша, — подтвердил император. — У Лешки спроси, он подтвердит.

— И вот так всегда! — делано возмутился Сан Саныч. — Сидят Николаевичи у себя в столице и все сливки собирают! А Пожарские им в этом помогают! Где тут очередь на творчество занимают?

— После меня будешь, Саша, — неожиданно заявила императрица, которая, не отрываясь, разглядывала портрет Алексии.

— Без вопросов, Машенька, — кивнул он. — И почему мне кажется, что очередь передо мной будет только расти?

Наконец, император отвлёкся от портрета князя Пожарского и повернулся ко мне:

— Да, вы с Мишей были правы, твой друг настоящий талант. Поступим следующим образом. Моя канцелярия с ним свяжется и договорится о встрече. По деньгам Александра я не обижу, не переживай. А уж дальше… — он обернулся к жене и братьям, — посмотрим.

— Деда, спасибо тебе огромное! — поблагодарил я его. — Но очень прошу, не забывай, что Александр ещё и учится.

— Разберёмся, — кивнул он, опять посмотрел на портрет князя Пожарского и задумчиво спросил, ни к кому конкретно не обращаясь. — Как думаете, мне себя для вечности в цивильном запечатлеть или в кителе и при всех наградах?

— Если для вечности, — усмехнулась императрица, — то обязательно в кителе. Сам же нам сегодня про традиции за столом подробно вещал. Вот сам их и соблюдай. И вообще, в форме ты мне всегда больше нравился.

Как мне было относиться к заявлению бабки, что она следующая в очереди на портрет, я не понимал и поэтому решил на эту тему переговорить с отцом отдельно, но вот подстраховать Петрова с помощью сестёр уже сейчас казалось вполне реальным. Этим я и занялся, когда вернулся в зал.

— Красавицы, Сашка Петров дописал наконец-то портрет князя Пожарского. — Я отвёл сестёр подальше от колонок. — Он вместе с портретом Алексии сейчас стоит в углу гостиной на первом этаже. Дед Николай очень впечатлился, как и бабушка Мария. Так что Сашка теперь будет писать и их.

Маша с Варей переглянулись и, ничего мне не сказав, быстрым шагом направились на выход из зала, а я мысленно улыбнулся — вот теперь точно бабка моему другу ничего не сделает, пока он портреты её внучек не напишет! Иначе они в Кремле такое устроят!..

А ко мне подошли возбуждённые Николай с Александром:

— Леха, мы едем на границу вместе с тобой! — братья просто сияли. — Спасибо, что с дедом Колей переговорил!

— Не за что! — махнул рукой я. — Вместе будет только веселее.