— Работаем, — громко сказал сверху Варварин.
…Они работали. Серии цифр, поправки, новые цифры… Разрывы громыхали то совсем рядом, то где-то далеко. Ревели, проскакивая над мастерской, штурмовики. Серия цифр, серия разрывов бомб, и грохот, грохот снарядных разрывов. Под провалом стоял Виктор, дублировал координаты. Грохотало, сыпалась штукатурка и осколки давно разбитых стекол. Жалобно гудели железные шкафы. Марина изловчилась, подперла раскачивающуюся железяку. Чашкин глянул слепо, на потном лице радиста оседала пыль…
…«Ил»-корректировщик ушел. Темнело. Артиллерия все еще била. С Митридата и мастерской передавали новые координаты — теперь били по вспышкам. Канонада начала затихать…
В 20.00 из тумана появились катера. Четыре бронекатера, десять тендеров. Отряд ориентировался по ведущему створу на косе Чушка. Одновременно на берегу у ремонтного завода зажглись костры, обозначающие границы участка высадки. Тендеры и катера начали подходить к берегу и полуразрушенной пристани верфи…
Противник противодействия не оказывал. Советские катера попросту не заметили. Туман и обстрел мешали береговым наблюдательным постам, дозор из потрепанных десантных барж из Камыш-Буруна еще не подошел…
На плацдарм высадили 520 морских пехотинцев, доставили 11 минометов, боеприпасы. Приняв около 300 раненых, тендеры начали отход. Только в этот момент противник заметил отряд — катера были освещены прожектором, по ним был открыт артиллерийский огонь. Из порта и от Бочарной пристани ударили «эрликоны». Через две минуты по обнаруженным огневым точкам открыли огонь наши батареи из-за пролива.
Под защитой дымовых завес, поставленных бронекатерами, тендеры уходили к Опасной. Грузиться…
— Шевелятся, — прошептал Виктор. На улице слышались звуки: постукивание колес, звяканье, кто-то гавкнул по-немецки…
— Позиции меняют. Вот же твари поганые. Припекло, значит… — прошептал старший сержант, скорчившись у двери.
Марина, привстав на цыпочки, увидела, как мимо пролома в заборе пробежало несколько фигур. Немцы были какие-то мелкие, суетливые. Следом несколько фрицев прокатили тачку или прицепчик. Ствол Марина разглядела с трудом — пулемет, видимо, крупнокалиберный…
— Куда выперлась⁈ Кино, что ли⁈ — зашипел Виктор, взмахивая автоматом.
Марина поспешно присела.
— И не шурши, мышь клизменная, — приказал старший сержант…
Из действующих немецких БДБ в порту оставалась лишь одна. Из Камыш-Буруна к Керчи спешно вышла группа из трех быстроходных десантных барж. Их стерегли затаившиеся во тьме с выключенными двигателями советские торпедные катера. Группа из семи катеров (среди них были ТКА, только что прибывшие с Тихоокеанского флота) атаковала баржи торпедным залпом. Как обычно, это не принесло результата. БДБ открыли ответный огонь. В бой включились наши и немецкие батареи. Особых достижений ни одна из сторон не добилась, но к Керчи БДБ не пошли.