Коваленко вынырнул из кустов бесшумно, но Женька что-то вроде того и ждал — приподнялся на коленях с автоматом наперевес. Старший лейтенант одобрительно кивнул:

— Бдишь? Поехали. Нащупали мы вроде местечко рыбное.

Женька закинул ППШ за спину:

— Поехали. Слушай, может ты за руль? Водила-то наш совсем никакой.

— Да легко. Всю жизнь поучаствовать в параде ретромобилей мечтал.

Женька крутанул ручку. Со второго раза завелась. Из кузова показалась голова, стриженная «под ноль»:

— Товарищ лейтенант…

— Да отдыхай. Тут рядом, — отозвался из кабины Коваленко.

Младший сержант поспешно свалился на землю, оправил съезжающую кобуру:

— Так с норовом машина. Да и не положено вам…

Коваленко ухмыльнулся:

— Залазь, консультировать будешь.

Ползли лесом, по едва заметной колее. Женька качался, цепляясь за кабину — по лицу норовили хлестнуть ветви. Автомат сам собой сдвинулся на грудь — бахнут из чащи, мишень-то завидная.

Попутный сидел на валуне, мечтательно улыбался голубой линзе озера — вид действительно открывался открыточный. Песчаный обрыв со змеями-корнями, роскошные сосны, водяная гладь отражает легкие летние облака.

— Косвенные признаки имеются, — сказал Попутный, — показывая на радужные пятна, плавающие по воде. — Правда, они, косвенные, нам ни ухом ни рылом. Лично я вообще не понимаю, как можно в эту лужу свалиться, не задев деревьев. Прямо какое-то геройское Му-Му за штурвалом сидело.

— Обследуем, установим, — решительно заверил Коваленко. — Это, в конце концов, не Финский залив. Хотя глубины убедительные.

Для начала перекусили. Лопух водитель не знал, что у него в «сидоре» — оказалось, буханка хлеба, шматочек сала да жутко помятая банка сгущенки. Ну, у следственной группы было побогаче. Товарищи офицеры закусывали, с азартом поглядывая на озеро.

— Солнце сегодня хорошее, что тот рентген, — сказал Коваленко, вытирая ложку. — Вон там берег повыше, глядишь, и высмотрим что.

— Да, прогуляемся. Евгений, ты с нами. Четырехглазая оптика — самое то, — кивал Попутный. — Только чуть позже. Валер, кусты-то за машиной…

— Понял, — продолжая улыбаться, кивнул Коваленко. — Жека, — к откосу. Разом, понял?

— Да.

— Ну и… — Майор первым кувыркнулся к песчаному обрыву.

Следом покатился, вскидывая «Суоми» старший лейтенант. Женька ухватил за шиворот ничего не понявшего водилу, дернул за собой — свалились за срез обрыва, корень ударил в плечо, над головой просвистела короткая автоматная очередь…

— Бросай оружие! Руки вверх! — сипловатым голосом закричали из кустов.

Женька утвердился на четвереньках, перебросил на грудь автомат. Побаливало колено, задетое неуклюжим сапогом шофера — тощий увалень Трофимов ошеломленно моргал — вырвавшийся из рук бутерброд прилип к гимнастерке на чахлой сержантской груди.