Я спустился в холл и увидел там Лэ, который сидел за стойкой и смотрел маленький телевизор с ручкой и антеннами, как будто портативный. По нему шла передача на английском, а значит, он его все-таки понимал. Ну либо ему просто нравилось смотреть на движущиеся картинки, почему бы и нет.

— Лэ, — обратился я к нему.

Он повернулся ко мне, улыбнулся и сказал:

— Chào ông Mormon.

— Ты не видел второго мормона? Кристофера? Ну, ты его знаешь.

Лэ ответил что-то на своем языке, указал пальцем куда-то на улицу. Потом показал три пальца и махнул куда-то влево.

— Три часа назад, налево. Понял. Спасибо.

— Chúc may mắn, — сказал Лэ и снова уставился в телевизор.

Я вышел на улицу и оказался на ночной Сорок третьей. В общем-то ночью она не отличалась от Сорок второй. Повернув налево, я пошел по ней, расспрашивая всех попавшихся мне навстречу людей по поводу белобрысого мормона. Двое первых только пожали плечами. Третья — проститука, как две капли воды похожая на Шерри, которую он притащил домой, ответила:

— Видела такого. Он вот туда вошел, — она кивнула на здание с вывеской в виде розового фламинго.

— И не выходил? — спросил я.

— Нет, не выходил, — она вздохнула и поежилась — ей явно было прохладно. Здесь ночью в действительности холодно.

— А что там?

— Девчонки, — ответила она.

— Понятно, — сказал я и двинулся в указанном направлении.

— Эй! — крикнула она мне в спину. — Тебе туда не надо. Я и так исполню все твои желания!

Я проигнорировал ее и двинулся ко входу в подвал, где находилось заведение. Судя по названию, бар так и назывался — «Фламинго». Я спустился, прошел мимо мужика на табуретке у входа. Он сперва посмотрел на меня, а потом оценил по-видимому куртку и выражение лица, и остался сидеть.

Внутри все было очень… Розовым, иначе и не скажешь. Неон был вообще везде. Воняло дешевыми духами, сигаретным дымом — к моему удивлению никаких антитабачных законов не было, и курить можно было почти везде. Или всем было наплевать на эти самые законы.

Вдоль одной стены тянулась сцена — невысокий помост с хромированным шестом, в остальном зале стояли столики. Над сценой крутился зеркальный шар, разбрасывая розовые же блики по стенам и лицам посетителей.

Откуда-то играла ритмичная музыка, а возле шеста извивалась девушка. Я обвел взглядом зал и сразу же приметил белую рубашку — она выделялась на фоне остальных посетителей, как попугай среди воробьев. Почему-то мне вспомнилось, что такую сцену я в прошлой жизни уже видел. И непонятно, то ли это из какого-то фильма было, то ли взаправду.

Я двинулся к Крису, который сидел за столиком у самой сцены, перед ним стоял бокал рокс. Он сидел, вытянув спину, и смотрел на девушку с большим интересом. Серьезно и внимательно.