* * *

На краткий миг удивляюсь тому, что перед глазами почему-то небо, а затем сознание гаснет от страшного удара.

— Лорд Эмберхарт, сэр, почему вы не использовали свою способность?

Это было первым, что я услышал, придя в сознание на «Благих Намерениях». Упрек в голосе Чарльза Уокера можно было разливать в тару, а затем продавать как концентрат во все детские и исправительные дома Евразии.

— Мы бы оказались скованы внутри доспехов…, - прохрипел я, пытаясь приподняться на койке, — С насекомыми вокруг…

— Думаю, что вашей силы бы хватило дойти в мертвом доспехе до меня, сэр, — поджал губы дворецкий, — и нажать рычажок аварийного раскрытия.

— Да, Чарльз, вы абсолютно правы, — слова сами сорвались с моих губ, — Но нам очень сильно могут понадобиться… эти доспехи. В будущем. Остались бы всего с одним.

— «Ты удивительно быстро находишь оправдания для своего внезапного приступа тупости, Эмберхарт. Хотя я не очень поспевал за твоими мыслями».

— «Помолчи. И без тебя тошно».

Развитие событий после моей отключки было коротким, но насыщенным. Пилот СЭД-а, умудрившийся попасть мне под ноги из своего шрапнельного орудия, создал выстрелом настоящий взрыв, который и откинул мой доспех на спину. От удара я благополучно вырубился. Учитывая, что вынесли меня походя маневром, который должен был повернуть боевую машину вновь лицом к более опасному Уокеру, нуждающемуся в нескольких секундах для перезарядки автомата, можно сказать, что я почти ничего не смог сделать. Но именно почти — меч, вошедший в бок «злого вояки», слегка задел тело беснующегося пилота. Как именно дворецкому было неизвестно, он лишь слышал, как его оппонент запаниковал, выпустив старого солдата из поля зрения. Этим подарком судьбы Чарльз распорядился отменно — сначала переместился так, чтобы оказаться за спиной боевой машины, а только затем начал перезаряжаться. Дальнейшее было вопросом нескольких очередей в упор, размолотивших ЭДАС-ы «Бюсеркригера».

Дальше было интереснее. Уокер, пользуясь моим мечом и приводами своего доспеха, вскрыл «вояку», добравшись до шлангов, по которым шла охлаждающая жидкость. Облив этой довольно токсичной жижей наши доспехи и тем самым устроив страховочную дезинсекцию, он извлек меня с Региной, прожав пресловутые рычажки раскрытия, а затем уволок к дирижаблю.

— Что с Региной? — я бы даже постыдился, что не задал вопрос сразу, но Чарльз умудрился все рассказать в пару-тройку сухих предложений.

— Мисс Праудмур в худшем чем вы состоянии, милорд. Контузия, повреждены барабанные перепонки. Может быть, что-то еще.