Впятером мы быстро оглядели берег.

За несколько километров от нас, на западном берегу реки Андр, шёл грандиозный бой. Отблески вспышек мерцали в ночном небе, звуки залпов эхом гремели по всей долине.

— Уходим к гор-р-ам, — тихим рыком скомандовал Маямото и посмотрел на меня.

От взгляда его пожелтевших глаз с вертикальными зрачками по телу пробежали мурашки.

Маямото повёл плечами и вытянул позвоночник, как котяра. Кажется, я даже услышал кошачий рык внутри его утробы.

— Оками, дер-р-жись р-рядом. Впер-рёд!

Он постоянно требовал, чтобы я держался рядом. И я держался.

Мы побежали вдоль берега, стараясь уходить под прикрытие кустов и деревьев, но это нас не спасло. Через несколько минут впереди блеснуло алое марево, и в его свете появились пятеро.

Высокие, в чёрных плащах.

Чароиты — ошибиться было невозможно. Их глаза мерцали точками в темноте, как тлеющие сигары.

Вся группа сразу рванула на нас, разбегаясь в стороны и окружая. Я выхватил трубку-метатель и выпустил по противникам два заряда заклинаний, выбрав именно те, что били по площади градом — прицелиться в кого-то одного было невозможно.

Двоих чароитов сшибло сразу, ещё один увернулся от ударов, а четвёртый выпустил в ответ свет своих адских глаз, сжигая часть града ещё на подлёте.

В ночном небе прогрохотали красно-зелёные вспышки.

В это время двое Стражей выставили заслон из щитов и отправили мощнейшую таранную волну в атакующих. Жрец выхватил бубен и забарабанил, как бешеный, насылая волны паралича на всех чароитов сразу.

И щиты, и паралич задержали нападающих и даже отшибли их назад, но совсем ненадолго.

Через несколько секунд все пятеро пустили в контратаку такой яркий поток света, что вокруг вспыхнули не только кусты с деревьями, но и сама земля. Ночь озарилась алым, и в буре пламени я всё больше узнавал лица своих врагов.

Это были те самые чароиты, что напали на свадьбу.

Во главе их банды шла женщина. Именно она кричала тогда в истерике, когда я убил её подельника Римона. Это точно была она. Высокая, молодая, с длинными чёрными волосами, распущенными по плечам.

Она шла прямо на нас, не стремясь прикрыться, будто бессмертная.

Маямото прищурился, вглядываясь в её лицо. Он узнал эту женщину, хотя на свадьбе делал вид, что впервые её видит.

— Ну иди сюда, крошка Джад, — прошептал он. — Папочка тебя встретит.

Страха в его голосе я не заметил. Лишь звериный азарт и угрозу.

— Пятеро против пятерых. Станцуем, — добавил он уже громче и внезапно издал такой рык, что завибрировал воздух.

Его пиджак лопнул на теле, затрещав по швам, а тело увеличилось ещё больше.