Отец ожидаемо не чиркнул ни строчки. Да и Бог бы с ним. Пусть живёт как хочет.

Сестрёнка удивила открыткой-гравюрой с видом улыбающегося бронзового льва, которого я в своё время сделал на Екатерининском канале. На обратной стороне открытки Ольга своим убористым почерком написала, что осваивает новую для себя технику, а именно гравюры. Сообщила, что приобрела себе набор штихелей и пару дюжин цинковых пластин. Бронзовый лев появился неизвестно откуда и стал местной достопримечательностью. Что интересно, квартиры в доме, у которого он стоит, якобы приносят удачу и поднялись в цене. Ещё сестра написала, что купила для Лёвы недорогой серебряный перстень и лично выгравировала на нём вензель с инициалами брата.

Я посмотрел на лист бумаги, опечатанный сургучом. И правда, на печати легко угадывались инициалы моего братишки. Вот ведь, в доме теперь свой гравёр имеется.

Сам Лёва мало что о себе написал. А что ещё может рассказать школяр? Не оценками же ему своими перед братом хвастать. Зато удивил новым своим стихом.

Кружат златые листья, словно в танце,

Прощальным вальсом парковых аллей

И инеем, зимы посланце

Грозится стужа хладом февралей.

Как листья собираю я мгновенья

Воспоминанья прежних тёплых дней.

Зима пройдёт, и в этом нет сомненья.

Как Солнце выглянет, так станет всем теплей.

Сквозь листопад бреду я, вспоминая лето

Переживём. Дождёмся мы весны.

Кивают липы, шумом веток

Развеивая ухожденье в сны.

А осень, завершая эстафету

Сорвётся вскоре в долгие дожди

Закат — всего лишь путь к рассвету.

Весна наступит — просто верь и жди.

— Молодец юноша. Не отступает с пути поэта, — заметила Алёна Вадимовна, прочитавшая стихотворенье брата вместе со мной.

В конце своего послания брат написал, что научился моргать моим фонариком и задумался о создании азбуки для передачи текста посредством коротких и длинных вспышек.

— Я не понял. Он морзянку решил создать что ли? — оглянувшись, посмотрел я на Виктора Ивановича, рассевшегося в моём кресле у окна. — А когда её вообще придумали?

— В тридцать восьмом году, — поделился своими знаниями тульпа. — Русский вариант был принят в пятьдесят шестом. Кстати, интересно, почему до сих пор не изобрели аналог азбуки Морзе? Перл-фонарь ведь самый простой в обращении. На флоте очень удобная вещь.

— Понятия не имею, почему флотские не обратили внимание на фонарики, — не смог я объяснить поведение военных. — Видимо не до коммуникации им. Или как обычно никого из адмиралов не осенило, а простого офицера никто слушать не будет.

То что в бабушкиной усадьбе сменилась ключница я в полном объёме ощутил ночью — пожаловала ко мне в комнату Марфа, дабы показать чему успела научить её двоюродная сестра. Стоит отметить, что способную ученицу взрастила Акулина. А уж выдумщица Марфа какая.