Так оно и вышло. Мы прошли дворец насквозь, ведомые нашим провожатым, и из внешнего двора попали в замечательный парк, с полноводным каналом и красивыми каменными мостками над ним. Там слуга не остановился, более того, чуть добавив хода он повёл нас через один из мостиков за канал, по отлично устроенной каменной дорожке. Я, издалека узрев изящную ротонду со множеством колонн, хотел было указать на неё сестре, но тут слуга резко сменил направление и мы свернули вовсе в другую сторону.

— Огород! — с изумлением выдохнула Ольга, когда мы вышли из-за зарослей кустов роз на обширную поляну, где десятки, а то и сотни грядок выстроились в безупречном порядке, как гвардейцы на плацу, — Я что, шила платье для огорода⁈

Хм, ну так-то, да. Огород. Кочаны капусты, самого разного цвета и величины, растущие на множестве грядок, с цветами никак не перепутаешь.

— Её Императорское Величество давний и признанный селекционер, — снизошёл до нас провожатый, — А здесь собраны не только лучшие европейские образцы, но и итоги её многолетних трудов.

Мария Фёдоровна нашлась в неприметной беседке, сделанной из дерева и укрытой в зарослях акаций. При ней были четыре дамы, и если бы не Знаки на их повседневных платьях, я никогда бы не признал в них фрейлин столь высокой особы.

Двое из них, явно со знанием дела, обдирали листья с двух разных кочанов, а остальные с интересом следили за процессом. Тут же стояли обычные весы, с набором чугунных гирек, а чуть в стороне был расположен изящный стол с шестью креслами.

— Проходите ближе, Александр Сергеевич, — махнула рукой Императрица, предлагая мне зайти внутрь беседки.

— Моя сестра — Ольга Сергеевна Пушкина, — не повёлся я на индивидуальное приглашение, которое должно было оставить Ольгу за порогом, и представил заробевшую сестрёнку пред очи Императрицы, чуть ли не силой при этом вытягивая её за руку из-за своей спины.

— Похожа она на вас… ээ… Очень похожа, — посмотрела Мария Фёдоровна на сестру, и кажется, нечеловеческим усилием воли сумела проглотить слова: — «к сожалению», которые прямо чудом не сорвались у неё с языка, — А как вы одеты интересно! — Тут же переключилась она на нейтральную тему, обращаясь к Ольге, — Что за модистка вам такое порекомендовала?

— Ваше Величество, платье мне сшито по моделям, подсказанным братом. Он и ткани выбирал, и цвета, — присела сестра в книксене, отвечая, как мы с ней и договаривались.

— Александр Сергеевич? — вскинула брови Императрица, обозначая вопрос.

— Должны же мы, хоть иногда, быть застрельщиками моды, а не плестись вслед за французами. А то мне иногда мне кажется, что это не они, а мы войну проиграли, — пожал я в ответ плечами, — Патриотизм штука сложная, иногда даже не поймёшь, из каких мелочей он складывается, — добавил я, словно между делом, но Императрица прищурилась, и похоже, прекрасно меня поняла, что и подтвердила едва заметным кивком головы.