— Вполне возможно, — согласился я.
— Генрих, граф Адрианопольский, напал на мои земли, — поставил меня в известность мой новый «родственник». — Если бы ты привез свою дружину, вместе мы, два волка, легко справились бы с ним.
Теперь понятно, почему меня встречали на крыльце.
— Большой у него отряд? — поинтересовался я.
— Сотни полторы рыцарей, сотен пять сержантов и пехотинцев-латинян и около тысячи ромеев, — ответил болгарский царь.
— А у тебя? — спросил я.
— Сотня бояр, четыре сотни пехоты и две сотни половцев, — ответил Иван Асень. — Сейчас собираю ополчение. Думаю, не меньше тысячи наберу.
По количеству силы будут примерно равны, а вот по качеству…
— Много у тебя лучников? — поинтересовался я.
— С сотню будет, — ответил он. — Это не считая половцев.
Я бы их тоже не считал, но вслух говорить это не стал.
— Далеко отсюда латиняне? — спросил я.
— Полтора дневных перехода, — ответил царь Иван Асень. — Грабят деревни, двигаясь к Созополю. Наверное, собираются осадить его. Поэтому я здесь. Теперь у них не хватит сил захватить город.
— Самый лучший способ защиты — это нападение, — поставил его в известность. — Сможем за день добраться до латинян?
— Если без обоза, налегке, то да, — ответил он.
— Значит, завтра рано утром и выступим, — решил я. — У тебя найдутся для меня и моих бояр боевые кони?
Он смотрел на меня так, словно ждал, что я сейчас скажу, что пошутил. Не дождавшись, произнес:
— Найдутся.
— Пришлешь их на причал. Я на судне переночую, надо свой отряд подготовить, — сказал ему. — Давай выпьем на посошок — и займемся делом.
Иван Асень повернулся к Сутовкану и сообщил ему:
— Князь предлагает рано утром выступить навстречу латинянам.
— Мои воины готовы выступить, когда скажешь, — ответил половец.
Сутовкан, видимо, не понял, что ему предлагают обсосать вопрос. Или понял, но решил, что, сидя в городе, добычи не захватишь, а если дела пойдут плохо, его отряд успеет унести ноги.
Болгарский царь опять внимательно посмотрел на меня.
— Или потеряешь царство, или тебя наконец-то признают царем, — высказал я вслух его сомнения.
Иван Асень улыбнулся криво, а затем плотно сжал тонкие губы и кивнул головой: рискнем!
41
Бо льшая часть Болгарии — отличное место для партизанской войны. Не очень высокие горы, покрытые густыми лесами, словно созданы для засад. Тем более, что нам была обеспечена поддержка местного населения, для которого латиняне и ромеи — бандиты и грабители. Отряд Генриха, называвшего себя графом Адрианопольским, закончил грабеж очередной деревни, расположенной на склоне высокого холма, и собрался продолжить путь в сторону Созополя. Первыми выехали конные сержанты, около полусотни. За ними шли пехотинцы-латиняне налегке, без щитов и копий, которые, видимо, везли в обозе. Затем скакали рыцари и остальные конные сержанты. За ними следовал обоз из арб и телег, нагруженных всякой всячиной, смешанное стадо из коров, овец и коз, а в арьергарде топали ромеи, копейщики и арбалетчики, которые сами тащили свое оружие и щиты. Отряд спустился в долину и по дороге, по обе стороны которой располагались поля, засеянные уже пожелтевшими зерновыми, поехал на северо-восток. В той стороне долина сужалась, проходила между склонами холмов, поросших лесом. Оттуда и выехал в долину отряд половцев.