— Когда половцев ждешь в гости? — спросил я.
— Кто его знает?! Обычно в начале осени нападают, перед распутицей, — бормочет он. — Соберем урожай, откормим скотину — тут они и пожалуют, выгребут всё.
— Значит, у нас есть еще месяца три, — делаю я вывод. — Много их придет?
— Кто его знает?! — повторяет он и только потом дает ответ: — Может, тысяча, может, две.
— А от чего это зависит? — продолжаю я допрос.
На этот раз воевода сразу начинает отвечать:
— Они приходят к нам куренями, сотни по две-три в каждом. Так добычи можно больше захватить. Если узнают, что мы отпор собираемся дать, сбиваются в кош. Направятся все к нам, в коше тысячи две будет, но в прошлые годы половина в Рыльское княжество ходила.
— Тысяча — это не много, да и две тоже, — сделал я вывод. — Я думал, большое войско будет.
— Они же грабить идут, а не воевать, — объяснил воевода.
— В Рыльске ведь князь сидит Мстислав Святославич, сын моего двоюродного брата, — вспомнил я услышанное от его тезки, князя Черниговского. — С ним можно объединиться?
— Кто его знает?! — повторяет любимую фразу воевода Увар и продолжает: — Не хочет он с нами знаться. Деревеньку у нас отхватил и не возвращает. Принадлежит она боярину Фоке, который к нему на службу перешел.
— Вернуть не пытались? — поинтересовался я.
— Некому было пытаться, — ответил Увар Нездинич.
— Большая у него дружина? — задал я вопрос.
— Откуда?! Сотни полторы-две. Если ополчение соберет, то сотен пять наскребет, — поделился воевода Увар.
— Южнее нас города есть. Почему с ними не объединяемся? — спросил я.
— Зачем им объединяться с нами?! Половцы на них не нападают, — сообщил воевода. — Те города принадлежат князю Черниговскому, а у него с половцами мир да любовь. Они только нас, новгород-северских, грабят. Чем-то Изяслав Владимирович не угодил черниговскому князю, раз тот позволяет половцам нападать на нас. Только вот до новгородских земель они не доходят, а путивльские и рыльские Изяслав Владимирович защищать не хочет, потому что у нас свои князья. Забыл уже, как сам княжил в Путивле.
— А новгородский князь ничего не отхватил у нас? — поинтересовался я.
— Две деревни, — сообщил воевода Увар. — Их хозяин как уехал провожать князя на новое место, так и не вернулся сюда служить.
— А у племянника моего какая дружина? — спросил я.
— Не меньше тысячи, а с ополчением и все три будет, — ответил Увар Нездинич.
— Значит, придется своими силами отбиваться, — делаю я вывод.
— А чего там отбиваться?! — обреченно машет рукой воевода. — Пересидим за стенами, пока половцы не уйдут. Они города брать на копье не мастера.