— Дом — смертельная западня! — пояснил он насупившемуся бойцу и повысил голос, обращаясь ко всем вокруг, — Там ловушек и защит видимо-невидимо, выжить шансов никаких! Дом принадлежал брату прадеда правителя Краста, архимагу! Он запитан по самые брови!

— Ты меня за дурака-то не держи, — буркнул мужик в броне, тыкая массивной алебардой в сторону дребезжащего и трясущегося дома, — Раз он такой смертельный, наш красный маляр должен был давно сдохнуть! Это что, бессмертный маляр⁈ В смысле этот… неуязвимый⁈

Бойцы потратили несколько минут на пререкания, но большинство магов, наблюдающих за домом, подтверждало, что там внутри не шутки шутятся и нормального Бесса упокоит моментально. То, что очень немаленький домина трясся как студентка на домашнем ужине у декана, подтверждало, что светомузыка там далеко не развлечения.

— Не знаю насчет красного цвета, — тем временем задумчиво почесал в затылке малиновый Гамильтон, — Но один худой, мускулистый, хвостатый, и с сопротивлением к магии на ум приходит.

— Мда…? И кто же? — задумчиво отреагировал один из «мистиционеров», глядя на то, как окна на втором этаже особняка истекают зеленоватой светящейся эктоплазмой.

— Кирн Джаргак, — тут же ляпнул болтливый «волшебник», чей язык двигался куда быстрее, чем не вовремя отошедший Хаузер с его волшебной рукой, — Один в один! Его дом в Эйнуре был настоящей западней типа этой. А так — длинный, серый, хвостатый. Точь-в-точь.

Атмосфера на крыше дома, где собрались командиры, претерпела моментальные изменения.

— Отряд! — рявкнул командир «защитников», — Рассредоточиться! Огонь по особняку! Начинайте с крыши! Демонтируем коробку!

Крастовец подавился воплем, а Хаузер почувствовал, как холодеет. Тем временем «Защитники Милосердия» и упавшие им на хвост «Прохвосты» окружили особняк и начали разряжать по его крыше копьепосохи. Гулкие короткие взрывы импульсов быстро сменились клубами пыли и оглушительным треском разряжающихся магических конструктов. Дамир посмотрел, как один из крастовских командиров набрасывается с воплями на «защитника», лишь раздраженно дергающего плечом, и понял, что контроль над ситуацией тю-тю. Радовало одно — «академиков» здесь три десятка, все из которых великолепно обучены, вооружены и смогут сказать свое веское слово в любой ситуации. Надо было лишь выждать момент, когда живучий орк начнет удирать из особняка. Если это, конечно, он… а не взбесившаяся от старости магия. Интуиция во весь голос орала Дамиру, что это именно тот орк.

Когда Бессы разнесли крышу и принялись за третий этаж, атмосфера начала меняться. Дом… истекал огромными объемами магии. Полуоформленные заклинания взрывались иной раз с силой десятка импульсов, от особняка летели щепки и каменная шрапнель, а Бессы все продолжали лупить импульсами, кто во что горазд, на расплав древка. После того, как из дома вырвалась оранжевая молния толщиной с взрослого человека и испепелила трех бессмертных, к разрушению дома присоединились все, кроме «академиков» и крастовцев. Последние продолжали летать и что-то орать стреляющим, но их было не слышно.