Когда сверху раздалась канонада взрывов, определенно бьющих по крыше, я понял, что причинно-следственная связь относится ко мне с некоторым… предубеждением. Обозвав всех, кого смог упомнить, нехорошими словами, я прыгнул рыбкой вниз по лестнице.

Единственным плюсом в моем бедственном положении стало то, что системе дома сейчас приходилось хуже чем мне, из-за чего многие гадости, предназначавшиеся моей тушке, шли в ход заранее. Скользя как уж между вспышек, взрывов, выстрелов и разрядов, я на секунду бросил взгляд на бегущие строки Системы и чуть не застыл от удивления, что едва не стоило мне дополнительных увечий.

Проклятия! На каждый удар магией дом меня пытался раза три-четыре проклясть! Да что за гений здесь жил⁈ Что именно жил, а сейчас дом признается Системой как ничей, я уже определил ранее — все немногочисленные предметы обстановки, что не разлетелись в труху и ошметки, были бесхозными.

В мозгу, подгоняемом стонами измученного тела, потерявшего уже с десяток пальцев и полхвоста, сейчас царила лишь одна мысль — «В подвал!». Срочно в подвал, иначе меня просто снесет импульсами, начавшими крошить уже второй этаж. Двери и окна — это лишь потеря времени, я пытался, и неоднократно. Отшвырнет, откинет, проволочит по полу и сосредоточит на моем теле сразу половину этажа смертельных приспособлений!

Уши, волосы… это вообще мелочи! Даже не заметил, как потерял!

Дверь в подвал отрастила огромную черную рожу, которая попыталась впиться в меня здоровенными энергетическими зубищами, при этом еще и плюясь короткими, злыми, черными молниями. Озверев, я саданул морду ногой, провалился сквозь нее и вмазался лбом в подвальную дверь. Та, самым подлым образом открывшись внутрь, нанесла моему телу дополнительные множественные ушибы с помощью гравитации и ступенек.

Лежа на прохладном каменном полу, я уже отчетливо не хотел вставать и что-то делать. Устал. Меня били, травили, проклинали, стреляли, тыкали острыми предметами, взрывали сверху, пробивали моим телом перегородки… и даже пытались укусить. Тело уже не кричало, а тихо хрипело о пощаде. Умом я понимал, что полученные мной повреждения, по сравнению с предполагаемым объемом ущерба — это капля в море, но крики избитого организма были громче шепота рассудка.

Хорошо иметь домик в деревне… и особенность «Стоика», сохраняющую трезвый рассудок при любых ситуациях. Сейчас этот самый рассудок рисовал мне красочные картины разрушающегося надо мной здания, даже повесив перед глазами циферблат, на котором с некоторым сомнением помигивала фора… в две-три минуты. Этого оказалось достаточно, чтобы я подскочил как молодой и полный сил жеребец, начав лихорадочно оглядываться. Пройти через все это и быть взорванным пошлым магическим импульсом пошлого бессмертного⁈