Следом за ними в чувство начали приходить и остальные. Пространство заполнили шорохи трущихся друг об друга чешуек, стук костяных пластин и скрежет отросших когтей, оставляющих на окаменевшей земле глубокие отметины. Новорожденные камбионы восставали, рассматривая свои новые тела и изучая своих изменившихся единоверцев. И мне казалось, что произошедшие с ними перемены они восприняли с присущим орденцам хладнокровием и спокойствием.
Однако же одиннадцать тел так и остались лежать, замерев на середине трансформации. Пережить эту суровую пытку оказалось суждено не всем. Но я втайне порадовался, что жертв оказалось не так уж много. В конце концов, у меня вообще не было уверенности, что выживет хоть кто-нибудь. Ведь я пил кровь Асмодея находясь в Преисподней, будучи в своем духовном теле. Я опасался, что выживут только трое из пяти или даже меньше, но, видно, недооценил силу воли и полноту самоконтроля отобранных мною воинов. Или их родство с дьявольской реликвией, из которой они черпали силы…
— Загляните в свои души, — приказал я, подавая своим последователям пример. — Погрузитесь в транс и найдите темное изваяние, проросшее на почве вашей Искры. Коснитесь его… не пугайтесь, если оно попытается вас утянуть внутрь. Просто поддайтесь. Это ваше первое знакомство с врагом, который отныне всегда будет обитать внутри вас. Бойтесь его. Сторонитесь. И не позволяйте брать над вами верх…
Прикрыв глаза и оттолкнувшись от граней черного обелиска словно пловец ото дна, я рванулся к свету. Наверх, туда, где я все еще был человеком. Конечно, у меня оставались опасения, что затея провалится, и монумент не отпустит меня. Однако, к моему вящему облегчению, мне удалось вернуться без особого труда.
Раскрыв веки, я ошеломленно огляделся, не понимая, почему мир не изменился и не расцвел красками. Неужели, ничего не получилось, и я навсегда останусь в обличии кроваво-темного демона⁈ Но первый тревожный порыв схлынул, когда я посмотрел на своих последователей, вновь принявших людское обличие. Они теперь уже без всякого страха подошли ко мне и обступили со всех сторон, жадно вглядываясь в мое лицо. И первым нарушить затянувшееся молчание решил их предводитель.
— Данмар… — тихо прошептал Месиз, стоя передо мной. — Мы все изменились. И ты тоже стал другим…
Приняв из рук паладина обломок его меча, я взглянул на свое отражение в отполированном лезвии. Теперь на лице Данмара красовалась пара демонических глаз с вертикальными змеиными зрачками. Ну что же… Наше обращение началось. Мы все стали отдаляться от людей, а я в этом зашел значительно дальше остальных…