Не сдержав порыва распирающей меня силы, я резко вбил кулак в оплавленную до состояния базальта землю. Твердейшая порода треснула и осыпалась невесомой пылью, не выдерживая удара, а моя рука по локоть погрузилась в сотворенный мною пролом. Дьявол нечестивый, будь в веках проклято твое имя! Какая же это умопомрачительная мощь… Я бы мог назвать еебожественной , если б не ощущал течение и пульсацию скверны внутри своей души. Уж к богам она точно не имеет никакого отношения…

Раньше те моменты, когда я давал волю сущности Искателя Боли, делившей со мной одно тело, казались мне просто квинтэссенцией могущества. Однако теперь, испив крови первородного демона, я имел возможность сравнивать. Я понял, насколько же ничтожен и слаб был до этого. Если среди смертных я ощущал себя куницей, забравшейся в муравейник, то по сравнению со мной Ворган был кем-то вроде пещерного медведя. Какой же тогда силой обладал сам Мессер?

Выныривая из своих раздумий в реальный мир, я тряхнул рогатой головой, а потом склонился над ящиком с отгрызенной кистью Воргана. Хитроумный контейнер оказался до краев заполнен черным и густым как смола ихором адского Лорда, и я мог взять эту конструкцию двумя пальцами, словно какую-то крохотную чашечку. Осторожно подняв ящичек с земли, чтобы не расплескать темную порочную влагу, я обернулся к своим последователям.

— Ваш ложный бог мертв, — прохрипел я, сам поражаясь тому, насколько грубо и необычно теперь звучит мой голос. — Но он оставил свою кровь, что хранит в себе его страшную силу. Я никого не стану заставлять разделить ее со мной, ведь она изменит вас навсегда и со временем убьет ваши души. Я не ведаю, можно ли обратить вспять этот процесс, а потому существует риск, что вы никогда больше не станете людьми.

Глядя на жрецов сверху вниз, я пошел вдоль их нестройных рядов, неся ящик с Сердцем Владыки и кровью предавшего его слуги.

— Вы готовы рискнуть, воины⁈ — Пророкотал я, громом своего вопля заставляя дрожать землю. — Решитесь ли превратиться в тех, кого больше всего ненавидели и презирали на протяжении своей жизни⁈ Я не стал бы предлагать вам сделать этот шаг, если б он не был нужен. Теперь я возлагаю тяжесть выбора на ваши плечи.

Замерев напротив Месиза, я вперил в него пристальный взгляд своих нечеловеческих глаз. Паладин нервно сглотнул слюну, понимая, что это недвусмысленное приглашение быть первопроходцем. Как я и обещал ему во время нашей встречи в храме, он будет двигаться впереди всех, протаптывая для остальных братьев дорогу. И он прекрасно помнил мои слова, а потому не стал отказываться от этой чести. Или вернее будет сказать участи…