— Блок не снимается. Во всяком случае, мне не удалось, а я тут единственный, кто вообще туда смотрел.

Помолчав, Финн добавил.

— Это не обычный запрет, который можно снять через систему. Он встроен в саму машину, и добраться до него можно только через родовой ИИ. А он меня туда не пускает.

— Кэндалл?

— Наверху ещё можно что-то отключить, командир. А тут всё глубже — в самой системе. И я туда не полезу. Можно такого наворотить, что все заблокируется нахрен, и потом уже не исправишь. Полезете в профиль наследника — он решит, что запись поддельная, и сотрёт её вместе со всеми записями о том, что мальчишка вообще был на свете. Снимать тогда станет нечего!

— Отставить самодеятельность, — вмешался майор. — Рисковать нельзя. И так по грани ходим.

За столом стало тихо. Сай снял очки, посмотрел на них и надел обратно.

— То есть трогать пока нельзя, — подытожил Вик.

— По крайней мере, никому из тех, кто сидит в этой комнате.

— А кому можно?

Сай ответил почти сразу. Похоже, он уже не раз задавался этим вопросом.

— Жрецам. У Ордо Квантория Санкта есть люди, которые работают с родовым доступом напрямую. Только они разбирают спор о наследстве год, берут долю в хозяйстве и сажают своего человека следить, чтобы доля шла исправно. И уж точно они не помогут нам без разрешения Губерантора.

— Года у нас нет, — отрезал Вик. — Что ещё?

— Ещё есть Тёмные Ордена. Про них никто ничего толком не знает, но они есть. Берут дорого и делают быстро, без разбирательства и без доли, а работа их считается святотатством, и заказчик отвечает наравне с исполнителем.

— Сколько берут?

— Я тебе уже говорил. Девяносто одна тысяча солидов. — Сай смотрел в стол. — Я поэтому и нанялся к Боргу. Два года высчитывал, много ли мне ещё собирать, и…

Он резко осёкся и не стал договаривать.

— За такие деньги я тебе сам этот запрет сниму! — фыркнул Клегг.

— Не святотатствуй.

Вик нервно шагал от стола к окну, пытаясь придумать выход из ситуации. Двери захлопывались перед самым его носом одна за другой.

— Ладно, а если посмотреть на все это с другой стороны. Раз снять блокаду — это так сложно, значит и поставить ее было нелегко? Вероятно, сюда приезжал жрец одного из Темных Орденов, и делал это тайно, ведь тогда лорд Кальдекотт был еще здоров. Этот кто-то был в поместье, его кто-то встречал и открывал ему двери. Роук, кто в поместье служит дольше пяти лет?

— Человек тридцать.

— И слепые через одного, чёрт бы их драл, — вставил в канале Дрейк. — Я у вас во дворе третьи сутки стою, хоть бы кто диагностику провел.

— Дрейк, — сказал майор.