Вик перевёл взгляд на тело Айвена.
На его нагруднике, не мигая, горел красный огонёк.
Глава 9
Вик присел на корточки у безголового тела Айвена и рассмотрел нагрудную камеру — красная точка, не мигая, светила в небо.
— Финн, сколько передавалась информация?
— Сорок одну минуту. Запись шла с той секунды, как вы вышли к воротам.
Сорок одна минута. Значит, все передалось от начала и до конца — торг у ворот склада, расправа с конвоирами, и главное: тот мальчишка, ствол у его виска и Вик, стреляющий из плазмогана в голову Айвена.
— Он и сейчас передаёт, — добавил Финн. — Только принимать перестали, минут двадцать назад приёмная сторона замолчала.
— Значит, услышали всё, что нужно, — обронил Клегг у Вика за спиной. — Каблуком бы её.
Вик поднялся и занёс ногу.
— Не надо, — попросил Финн. — Я записал их видеопоток с первой секунды. Сорок одна минута шифра Дома! Но без ключа это каша, а ключ у неё внутри.
Вик снял камеру с мёртвого и сунул в нагрудный карман.
— Отдам её Кэндаллу. Мы хоть что-то на ней увидим?
— Всё, что видел Лорд Элай, теперь запись будет и у нас.
Сай подошёл ближе. С самого выстрела он стоял поодаль и до сих пор молчал.
— Заложники, — дрожащим голосом выговорил он. — С ними ужасно обращались: женщине с ребенком угрожали плазмоганом, старуху подгоняли стволом в спину, при всех. А тот мальчишка в руках Айвена…
Сай снял очки и тут же надел обратно.
— По правилам так делать нельзя.
— А стрелять в переговорщика по правилам можно?
Сай открыл рот, но не нашёл ответа.
— Вот и я об этом. Мы уже все давно играем не по правилам.
Вик прихлопнул клапан ладонью.
— Финн, что у него ещё попало в кадр, кроме нас?
— Точно не знаю. Надо расшифровать запись.
Вик мрачно замолчал. И без расшифровки было понятно, что засветились достаточно. Теперь лорду Элаю известно о нем и его расправе над Айвеном.
А значит, быть войне до полного уничтожения одного из кланов. Такого Десмодны никогда не простят.
Но делать было нечего. Скинув мрачные мысли, Вик огляделся по сторонам
Уорриор стоял высоко, и сквозь дым над деревней его диск проступал мутным оранжевым пятном. По полю то и дело бродили люди: егеря вязали пленных и стаскивали чужих к дороге, а своих — к околице, медики спасали раненых в бороздах. К полудню жара усилилась, и над стернёй задрожало марево.
Эль сидела на снарядном ящике, свесив руки между колен. Рассечённая бровь запеклась чёрной коркой.
— К медику, — скомандовал Вик.
Она мотнула головой и просипела что-то невнятное, из чего Вик разобрал только слово «потом».
— Это не просьба.
Девушка нехотя слезла с ящика, но не пошла к трудившимся над ранеными парамедикам. Просто отошла в сторону и принялась помогать какой-то раненой женщине.