Роук вёл к дороге того самого мальчишку из борозды. Тот шагал ровно, но держался за локоть егеря и вздрагивал от каждого громкого звука. Ухо набрякло и потемнело.

— Слышит? — спросил Вик.

— Одним. Второе, может, восстановится.

Поглядев на совершенно ошалевшего парня, Вик сменил тему.

— Роук, Клегг, идёте со мной смотреть, что нам досталось. Надо оглядеть наши трофеи.

Клегг поскрёб щетину.

— Люди на ногах с рассвета.

— Знаю, но надо идти сегодня. К утру половина этого добра сядет, закиснет или выйдет из строя, а мне нужно понимать, что можно выдать бойцу уже сегодня, а что придётся чинить неделями. А что не попадает ни туда, ни туда — на свалку.

— Дроидов девять, — сказал Клегг. — Все целые. Прежде чем ты запишешь их в пополнение, я каждого вскрою.

— Вскрывай.

Роук всё это время смотрел на восток, где вдалеке, где-то за холмами, начиналась земля враждебного Дома.

— Айвен дал нам сутки, — напомнил он.

— Айвен лежит вон там, и больше никому ничего не раздает.

— Срок объявил Дом Десмондов, — возразил Клегг. — Покойник его только озвучил.

— Даже Десмодны за сутки не смогут оправиться от такого разгрома!

Оба обернулись к Вику, будто ждали его распоряжения.

— Караулы и смены ставим из расчёта, что у нас сутки, — решил он. — И готовимся так, будто придут ночью. Не придут — хорошо. Придут — будем драться. А пока займемся трофеями, вдруг там что-то полезное.

Он перевел взгляд на столб дыма. Там, за околицей лежал разбитый планетолет. Второй, целый, из которого вышли десантники Десмондов, стоял дальше, за лесом.

— С разбитого и начнём, — сказал Вик.

Пройдя поле, подошли к громаде упавшего корабля. Состояние его ожидаемо оказалось плачевным: корпус переломился за грузовым отсеком, носовая часть ушла в землю и вспахала перед собой вал сухой глины, кормовая осталась стоять почти ровно. В разрыве между ними догорало что-то, до чего пожарные ранцы уже не доставали.

— Двигательные отсеки выгорели, — сказал Кэндалл, не подходя ближе. — И всё, что за ними. До утра туда не залезем.

— А трюм?

— Трюм закрыт. Удар выдержал, груз удержал.

Егеря работали в кормовой части и передавали людей вниз по одному. Первых двоих Вик принял за мёртвых: их тащили за ремни, головами вперёд, и оба не отзывались. Потом один закашлялся.

— Живые! — крикнули сверху. — Тут ещё двое. В аварийной секции сидели, пристёгнутые.

Роук полез наверх сам. Через минуту оттуда спустили ещё одного, и медики забрали его прямо на плащ.

— Под охрану и к медикам. И отдельно от пленных с поля. Эти с нами не воевали.

— Они с транспорта, который нас бомбил, — заметил Клегг.