— Я Коле уже рассказала про них, — сообщила брату. — Он тоже думает, что надо подстраховаться и завтра с утра издаст указ на наш КПП, чтобы их внутрь не пускали. Это наши земли, имеем право. А будут возмущаться, путь пишут жалобу на имя императора. Я уже глянула свежее законодательство, в исключительных случаях хозяин земель имеет полное право не пускать посторонних, но только если издан специальный указ. Думаю, граф Головин воспользовался именно этой лазейкой.

— Наверняка. Ладно, давай уже спать, время позднее. Не забудь выпить капли.

— Не забуду. Спокойной ночи.

Вторник начался привычно рано, и пускай мне ещё хотелось понежиться на свежих простынях и мягкой подушке, дел на этот день было запланировано слишком много, чтобы терять время зря.

Не стала я пренебрегать и разминкой-зарядкой, чувствуя, что энергия воздуха наполняет моё тело особой легкостью, а бегать приятно как никогда прежде. И это было прекрасно!

Не рискуя светить своими способностями там, где за мной могут наблюдать посторонние (те же гвардейцы из числа охранников усадьбы), я обошлась на разминке без магии, но и так получила превосходный заряд бодрости и позитива.

За завтраком няня Ванечки попросила позаботиться о новой сезонной одежде и обуви для мальчика — на носу уже маячила осень, а из старой одежды Ванюша уже вырос. В итоге я отправила их вместе с баронессой по магазинам в Москву (естественно, под присмотром пяти бойцов), ну а сама, сопровождаемая супругом, который тоже изъявил желание пройтись по Карабаново, поехала в единственную школу города.

В общей сложности в ней обучалось менее ста детей, не в каждом классе набиралось даже пятнадцать человек, но мы, сопровождаемые тревожными шепотками и старушкой-завучем по имени Аделина Адамовна, зашли во все до единого кабинеты и я отметила, что здание действительно нуждается в ремонте, а мебельный фонд школы — в замене. Всё было не то чтобы совсем печально… Но не ахти.

А вот кабинет директора меня неприятно поразил… Большой, роскошно обставленный явно дорогой мебелью. Сам директор — пухлый мужичок в возрасте по имени Семен Матвеевич, при виде нас как-то резко занервничал, вспотел, не смог ответить на элементарные вопросы, а на требование предоставить финансовую документацию и вовсе промямлил что-то невразумительное. Мол, бухгалтер в отпуске, документы в сейфе, сейф дома…

— Понятно, — зловеще произнёс мой суровый супруг, глядя на толстяка с нескрываемым отвращением. После чего набрал номер дежурного смены в особняке (Саша умчался в аномалию) и потребовал: — Константин, пришли людей в школу. Да, в нашу. Надо призвать проворовавшихся граждан к порядку.