внешнее обнаружение корабля стандартными средствами маловероятно, — он произнес это с почти религиозным трепетом технаря перед совершенной машиной. Айша Диалло прошла мимо них, пальцы невольно нащупали на шее гладкий деревянный амулет — стилизованное Древо Жизни, подарок матери перед отъездом. Ее взгляд скользнул по стенам. Гладкий, холодный черный материал. Никаких иллюминаторов. Никаких плакатов с видами Земли или вдохновляющих лозунгов. Никаких флагов блоков. Только функциональные панели, датчики и рельсы для сервисных дронов. «Как… пусто», — пронеслось у нее в голове. «Как будто мы уже отрезаны. Ничего знакомого. Только дорога вперед. К Ним». Она поймала взгляд Ван дер Вегта. Тот стоял, озираясь, его пальцы непроизвольно сложились в привычный жест — будто печатал на невидимой клавиатуре протокол приемки. Он кивнул ей, коротко, деловито. «Порядок. Чистота. Эффективность. Здесь нет места сантиментам, только миссия», — думал он. «Идеальные условия для Первого Контакта. Ничто не должно отвлекать». Ийер остановился у большого дисплея, вмонтированного в стену. На нем — вид с внешних камер в реальном времени. Ржаво-коричневая поверхность Цереры, усыпанная кратерами. Беспредельная чернота космоса. И бесчисленные, холодные звезды. Его взгляд, казалось, искал что-то конкретное. И нашел. Тау Кита. Яркая, многообещающая точка. «Ты — маяк», — подумал он. «Цель пути. Возможно, источник Ответов». Его мысли вернулись к смутным видениям во льду «Крипты» — символам, плывущим в темноте. Была ли связь? Он не заметил, как Лейла Белькасем тихо подошла и мягко положила руку ему на плечо. — Впечатляюще, не правда ли, доктор Ийер? — ее голос был спокоен, как вода в глубоком озере. — Сталь и тишина. Как сосуд для медитации в космических масштабах. Здесь легко потеряться во внешнем… или обрести покой для внутреннего путешествия. Ийер кивнул, не отрывая взгляда от звезды-цели. Звягинцев стоял у самого шлюза, пропуская экипаж. Его капитанская форма сидела безупречно, но лицо под маской командирской собранности было напряжено. Его острый, привыкший искать угрозы взгляд скользил по стыкам панелей, по корпусу «Чайки», по лицам входящих — Келлер с ее привычной ледяной выправкой, Кима с горящими энтузиазмом глазами. Он видел восхищение Нильссона, практичный интерес Ван дер Вегта, трепет Ийера. «Дети», — пронеслось в голове с неожиданной горечью. «Верят в сказку про братьев по разуму. В звездолете-сказочнике». Его пальцы нащупали в кармане небольшой кристаллический чип, выданный перед