но мощный боро-углеродный лом, конец которого был оснащен импульсным дезинтегратором для работы с твердыми сплавами. Не самое изящное решение, но другого выбора в условиях ограниченного времени и ресурсов у них не было. — Ну что, — сказал он, перехватывая лом в руках. — Давай откроем эту консервную банку. Пора узнать, что они так бережно хранили. * * * Вибрация от падения пробки затихла, сменившись ощущением пустоты. В шлемах стояла знакомая тишина собственного дыхания и гудения систем, но теперь в нее вписалась новая, непривычная статичность. Как будто пространство вокруг выдохнуло и замерло. Серый, спекшийся монолит, выдавленный из проема, лежал внизу, на дне нового, открывшегося колодца, развалившись на несколько массивных частей. Над ним зиял черный провал. Воздух, тысячелетия сжатый по одну сторону этой пробки, теперь медленно, почти неощутимо, потянулся навстречу воздуху из шахты, создавая едва уловимый, ледяной сквознячок. Датчики на запястье Чина тихо запищали. — Перепад давления. Стабилизируется, — его голос прозвучал отчетливо в общем канале, нарушая сосредоточенное молчание. — Составы смешиваются. Углекислый газ чуть выше… и те же органические аэрозоли. Герметичность за пробкой нарушена давно. Это просто… пробка в трубе. Карпов, стоявший на краю открывшегося проема, кивнул, не отрывая взгляда от темноты внизу. Его фонарь пронзал ее, выхватывая фрагменты стен, уходящих вниз. Теперь они были не из монолитного сверхсплава, а из той же технической керамики, что и тоннели выше. И на них виднелись шрамы. — Вижу продолжение. Колодец, метров пять. И пол. Спускаемся. Кваме, твой ход, — сказал Карпов, отступая и давая место Аджею. Инженер-геолог, все еще бледный от осознания состава «пробки», молча кивнул. Он закрепил на тросе новый зонд и запустил его вниз. Изображение поплыло на экраны. Короткий вертикальный колодец действительно заканчивался полом. И оттуда, из темноты за пределами луча, угадывались очертания чего-то большого. Пустого. — Температура стабильная, минус три по Цельсию. Радиационный фон в норме. Признаков движения или энергетических выбросов — нет, — бубнил Аджей, зачитывая показания как мантру, цепляясь за знакомый ритуал. — Ладно. Теперь все вместе, — распорядился Карпов. — Тросы закрепили? Страховку на себя. Лейла, как они? Белькасем, прислонившись к стене, изучала данные на планшете. Тень от шлема скрывала ее лицо. — Адреналин на пике у всех. У Кваме — тремор в кончиках пальцев, но в рамках контроля. Физическое истощение нарастает. Гравитация