нарастающей силе, вжимающей его в кресло. — Нагрузка на корпус… один целых восемь десятых же! Растет! Компенсаторы… компенсаторы в работе! Держат! Гул ВКН-1 преобразился. Из угрожающего урчания он вырвался в пронзительный, ревущий ВОЙ, который заполнил все пространство корабля, проникая в кости, в зубы, в грудную клетку. Это был не просто звук. Это была физическая сила, рвущаяся наружу, пытающаяся разорвать стальные путы, удерживающие ее. Звягинцев ощутил, как вибрация проходит сквозь подошвы ботинок, сквозь кости ног, вдавливая его в пол. Келлер издала сдавленный, хриплый стон, ее тело резко вжалось в кресло, лицо исказила гримаса усилия. Туре выдохнула резко, как от удара в солнечное сплетение, ее пальцы впились в подлокотники, костяшки побелели. И тут компенсаторы вгрызлись в перегрузку. Новый звук наложился на рев ВКН-1 — нарастающий, мощный гул силовых полей, боровшихся с неумолимой инерцией. Казалось, внутри корабля сошлись в схватке два титана. Ощущение было невыносимым лишь мгновение, а затем сменилось тяжелым, постоянным давлением. Как будто на грудь, плечи, каждую конечность положили невидимые мешки со свинцом. Дышать стало труднее. Каждый вдох требовал усилия. Каждое движение казалось замедленным, исполненным в тяжком сновидении. На экранах пилотов показатели перегрузки колебались, а затем застыли на отметке 0.8G. Постоянная. Немилосердная. Ван дер Вегт с трудом оторвал руки от консоли, выпрямляясь под гнетом невидимой тяжести. Лицо его было мокрым от пота, но в глазах светилось лихорадочное облегчение. — Параметры стабилизировались! Торможение штатное! Нагрузка на экипаж: ноль целых восемь десятых же постоянная. Компенсаторы держат на девяносто восемь целых семь десятых процента от расчетной мощности. Фаза первая началась. Время до перехода к гравитационным маневрам: сто двадцать четыре дня. Сто двадцать четыре дня под этим гнетом. Слова повисли в густом, тяжелом воздухе. Где-то в глубине корабля, возможно, в кают-компании или в коридоре, донесся сдавленный, быстро оборвавшийся крик — голос, не выдержавший первого удара реальности. Звягинцев стоял непоколебимо. Лишь его пальцы сильнее впились в металл пульта. Он перевел взгляд с Ван дер Вегта на Такахаши, потом — медленно, словно преодолевая сопротивление самого воздуха под давлением 0.8G, на Келлер. Его голос, когда он заговорил, был низким, ледяным, не оставляющим места для возражений: — Господин Такахаши. Готовить активное сканирование сектора Тигарден. Всем постам — зеленый свет. Лидар, радар,