Вылечить от него не под силу ни одному лекарю. Разве что бог самолично возьмётся, что очень маловероятно, ведь всем богам глубоко плевать на чужих последователей, а самой Инари, по заверениям Лесной Мыши, было явно не до спасения княжича. Хотела бы, спасла бы раньше.
Акио ещё раз любовно погладил подготовленный документ, где император русов и его личный лекарь обвинялись в убийстве носителя японской императорской крови.
«Всё же умный человек выкует победу из собственного поражения, удел остальных — принести пользу империи, даже умирая по собственной глупости».
* * *
Борис Сергеевич не знал, радоваться ли ему или ужасаться. Он участвовал в том, что многие назвали бы тёмной, запрещённой магией. Вот только выбора не было. Когда Подорожников уже хотел было расписаться в собственной беспомощности, из ниоткуда появился Михаил и предложил помощь.
До приезда будущего зятя Борис Сергеевич сам себе поклялся, что никогда и никому не расскажет об участии в этом Комарина, ибо того здесь быть попросту не могло. О возможностях перемещений графа натакие расстояния Подорожников тоже запретил себе даже думать и очень надеялся, что клятва, засвидетельствованная богом, сможет скрыть любые намеки на эту информацию от других, в том числе и от самого императора.
Выполнив все требования Михаила, Борис Сергеевич с ужасом ждал тёмных ритуалов с жертвоприношениями и ещё чем-то подобным, но будущий зять его удивил. Коротко расписав суть их совместной работы, он давал указания и даже на себе продемонстрировал специфику распространения яда. Всю опасность Комарин взял на себя, натурально став приманкой для полуразумного вещества, или чем там оно было.
Едва последние капли яда покинули тело Акиро, Подорожников взялся за восстановление организма пациента. Поместив того в купель с кровесодержащим субстратом, лекарь, по сути, заново воссоздал внутренние органы японцу, а после и основные узлы энергоканалов. Это требовало колоссальной концентрации и усердия, но теперь его силы полностью впитывались телом больного, не тратясь на противодействие яду.
Когда спустя три часа Борис Сергеевич вышел из медитативного транса, в котором латал Акиро Инари, он с ужасом увидел, что Михаил как сидел в ядовитом коконе, так и продолжал в нём сидеть. Чёрная сфера вокруг него бурлила, и лишь благодаря дару Подорожников знал, что Комарин не просто жив, но и продолжает борьбу.
Глава 3
Я, когда усаживался поудобней, планировал устроить гладиаторские бои с этой псевдоразумной дрянью. Собственно, первые пару часов всё шло по плану, пока я выманивал из Акиро яд, предлагая взамен себя, такого вкусненького и даже почти первой свежести.