— Я согласна на все ваши условия. Но хочу предупредить, Светлана не смогла помочь мне со здоровьем. Поэтому я могу оказаться весьма неликвидным активом.

Софья разглядывала проплывающие в небе облака, избегая смотреть на меня. Она боялась, что я откажу, но решила в этот раз быть честной до конца. Похвально.

— Что повлияло на ваш ответ? — не удержался я от вопроса, имея в виду формулировку.

— Ваши люди. Они… не побоюсь этого слова, боготворят вас. Иногда мне кажется, что вы для них и мать, и отец, и покровитель, и свет во тьме.

— Ну мало ли, вдруг у моих людей мозги промыты, всё же у меня и ментатор есть в арсенале, и эмпат… да кого у меня только нет, — рассуждал я, пожёвывая травинку в зубах.

— Я тоже сначала так думала, — честно призналась Софья, — но следов воздействия нет. Связь между ними и вами есть, а следов нет. Да и ментатор ваш всё больше с женщинами да детьми работал. Как и эмпатка. Использовать такие силы исключительно во благо — нужно иметь совесть.

— Вот чего нет, того нет, — хмыкнул я. — Иначе я бы ночами спать перестал.

— Да бросьте вы, что там за восемнадцать-то лет натворить можно было? — по-отечески снисходительно прокомментировала мою последнюю ремарку магичка жизни. — Те сорок тысяч орденцев, что вернулись домой живыми, уже давно всё искупили.

— Если говорить об искуплении… — я задумался, ведь никогда же не считал своих жертв, а если считать военными кампаниями, то и вовсе не расплачусь никогда, — то я в нём не нуждаюсь. Видите ли, я всегда поступал так, как считал правильным. Потому мне нечего искуплять.

Я и вовсе разлёгся на траве лицом к солнцу.

«Ковчег, что у нас есть такого, чтобы подлечить Софью Алексеевну?»

«Здесь полное иссушение жизненных сил. У неё от дряхлости энергетические узлы и каналы рассыпались. Наполнять и лечить нечего».

— Софья, а что с вами Светлана делала?

— Провела диагностику и даже восстановить систему энергоканалов пыталась, но моё тело её отторгло.

«А если сам восстановлю на основе её кровотока, наполнишь?» — снова обратился я к ковчегу.

«Без проблем, там ещё и ранг, вероятно, подрастёт. Всё же твоя кровь не чета её».

— Что ж, Софья Алексеевна, придётся мне заняться тем, чем я меньше всего в этой жизни люблю заниматься. Пойдёмте, я буду вас лечить.

* * *

С бывшей принцессой пришлось проводить почти ту же процедуру, что и с Тэймэй в своё время. Разница в том, что у магички жизни не было яда в теле, там и душа-то с трудом держалась. Зато восстановление на основе смешанной крови далось легче и быстрее. Даже дублирующий контур для основных органов делать не пришлось.