— Это моя добыча! — приняв меня за бога, зашипела богиня, меняя свою ипостась и обретая девять хвостов, острые зубы, когти на лапах и даже некое подобие кольчужной сетки поверх шерсти. — Не смей!

— Да ты, дорогая, вовсе страх потеряла! — восхитился я подобной наглостью. — Добыча здесь ты!

— Ты на кого пасть разинул? Знаешь, что с тобой сдела… — до Инари, наконец, дошло, кто стоял перед ней, и богиня резко оборвала себя на полуслове и с расширившимися от злости зрачками исчезла.

— А хрен тебе, дорогая! Я желаю продолжить нашу встречу! — поисковый конструкт создавался мгновенно, запитываясь кровью богини иллюзий. Счёт к этой суке у меня рос по экспоненте. Мало ей было убийства матери Тэймэй, так она же ещё и силу из жены выдирала живьём, чуть не угробив болевым шоком.

Координаты местонахождения Инари определились, и я открыл прокол.

* * *

Ну что ж, Инари убегала мастерски. Вот только поиск по крови не подвёл ни разу. Я открывал проколы вслед за кицунэ, переходя из мира в мир. Пришлось побегать и в прямом, и в переносном смысле. Визг, когда мои когти отсекли лисице первый хвост, стал музыкой для моих ушей.

Крови в доступе стало гораздо больше, и как только её хватило, чтобы пробить божественную защиту, я отдал команду крови замереть. Богиня рухнула навзничь.

Инари в ужасе смотрела на меня, бешено вращая зрачками, но не могла пошевелиться. Долго удерживать её в таком состоянии у меня бы не вышло, поэтому я решил действовать кардинально. Я открыл прокол в Обитель крови, но не на вход, а сразу на крышу Башни к пуповине, соединяющей сердце Обители с накопителем.

— Хотела адамантий? Будет тебе адамантий! — я возобновил ток крови в теле богини. — Попробуй взять!

Инари без раздумий рванула к пуповине. Лапы её провалились в серебро адамантия, желая заполучить весь его в своё единоличное пользование. Такими предложениями не разбрасывались. Вот только послушный моей воле, металл не впитывался в тело кицунэ. У той был вид, чётко описываемый старой русской пословицей: «Видит око, да зуб неймёт».

Инари обернулась и с гневной обиженной мордочкой принялась сверлить меня взглядом. Лапы её при этом оставались внутри пуповины, будто та разумная и не захотела отпускать воровку. Напротив, из пуповины тонкими иглами стал прорастать божественный металл, намереваясь впиться в тело незваной гостьи.

Магия Рассвета — хищница, способная выесть любого одарённого. Я был таким же хищником из-за владения магией крови. Но только у меня хватало силы воли не поддаваться вечному голоду, чего я никак не мог сказать о созданном ковчеге рода.